Лекция гендерная проблематика в основных направлениях экономической мысли



Скачать 329.25 Kb.
Дата28.04.2016
Размер329.25 Kb.

лЕКЦИЯ 6. Гендерная проблематика в основных направлениях

экономической мысли

Теория и методология гендерных исследований. Курс лекций. М., МЦГИ-МВШСЭН-МФФ, 2001, сс.109-125.

Гендерная проблематика в истории экономической мысли ХХ века

Гендерная проблематика стала предметом внимания экономистов в 60-е годы, что в немалой степени было вызвано началом массового выхода женщин на рынок труда в развитых странах Запада. В эти годы были предложены теоретические концепции, объясняющие многие явления, о которых ранее говорилось лишь в идеологическом либо чисто эмпирическом плане. В частности, в рамках основного течения экономической науки – неоклассического подхода (или «mainstream») были предложены теоретические подходы к анализу домохозяйства и разделению труда между мужчинами и женщинами, к гендерной дискриминации в занятости, профессиональной сегрегации по признаку пола, гендерному неравенству в оплате труда и пр. Это направление исследований активно развивается и в настоящее время. При этом, неоклассический подход моделирует экономическое поведение человека без учета различий между мужчинами и женщинами, считая, что ключевые мотивы экономической деятельности не дифференцированы по полу.

Примерно в тот же период (начиная с середины 60-х годов) гендерная проблематика начинает активно обсуждаться и в рамках марксистской экономической парадигмы. Рост интереса к марксизму и неомарксизму со стороны левой интеллигенции стран Запада был вызван, в первую очередь, привлекательностью социальных идей марксизма. Вместе с тем, в 60-70-е годы экономическое наследие Маркса привлекало широкое внимание со стороны исследовательниц-феминисток, которые пытались интегрировать гендерный подход и марксистский экономический анализ. Некоторые представительницы радикального феминизма предлагали расширить марксистское понимание классов и описывать гендерные отношения в терминах классового господства/подчинения и эксплуатации класса женщин со стороны господствующего класса мужчин. В 70-е годы именно марксистский подход лег в основу многих экономических разработок радикальных и социалистических феминисток. В 90-е годы волна интереса к марксизму явно пошла на спад. Некоторое оживление интереса к марксистской парадигме, возникшее в конце 90-х годов, было связано главным образом с социальной доктриной марксизма, и в гораздо меньшей степени – с экономическими идеями Маркса. Дело в том, что с позиций современной экономической теории экономическое наследие Маркса воспринимается не более как любопытный фрагмент истории экономической мысли. Тем самым и исследователи-экономисты, работающие в марксистской парадигме, автоматически попадают как бы в «маргинальную зону» экономических исследований и не воспринимаются всерьез профессиональным сообществом. Осознание этого факта, а также понимание методологической ограниченности марксистского подхода к анализу экономических процессов привело многих исследовательниц-феминисток к поиску более перспективных направлений для изучения и объяснения проблем гендерного экономического неравенства.

В 80-е годы под влиянием феминистской критики научной эпистемологии феминистки обратились к анализу методологических оснований, на которых построена современная экономическая теория. Главным объектом этой критики стала модель «экономического человека», составляющая методологическое ядро неоклассического подхода. Исследователи феминистской ориентации оспаривали справедливость поведенческих постулатов этой модели, таких как эгоизм, рациональность, структурированность и неизменность предпочтений, максимизирующее поведение. Они подчеркивали, что большинство из них являются андроцентристскими и моделируют мир согласно мужской модели ценностей и мужскому социальному опыту.

В конце 80-х годов наметилась тенденция к переходу от чистой критики экономической методологии к исследованию конкретных проблем положения женщин в экономике в рамках неоклассического и институционального подходов. Это направление исследований, преимущественно тяготеющее к позициям либерального феминизма, иногда обозначают как феминистский экономический эмпиризм. Не отказываясь от критического отношения к методологии неоклассического направления, исследователи этого направления активно осваивают и расширяют возможности неоклассики и институционализма в анализе гендерной проблематики.

История развития гендерной проблематики в экономической мысли ХХ века является красноречивой иллюстрацией процесса становления принципиально новой междисциплинарной области научного знания. Именно это объясняет мозаичность «карты» современной гендерной экономики. Здесь одновременно пересекаются различные направления экономической мысли, с одной стороны, и различные направления феминистской мысли, с другой. Не претендуя на исчерпывающий обзор, в данной лекции мы рассмотрим наиболее интересные гендерные концепции, предложенные в рамках трех направлений экономической мысли: марксизма, неоклассического напралвения и институционализма.


Гендерная экономика: определение предмета исследования

Обобщая позиции представителей самых различных направлений экономической мысли, предмет гендерной экономики можно определить как изучение источников, масштабов и механизмов проявления гендерных экономических различий. По мнению Джойс Джакобсен, автора одного из последних и наиболее полных учебных пособий по гендерной экономике, предметная область гендерной экономики охватывает 3 типа экономических проблем: (1) теоретические модели, которые включают мужчин и женщин; (2) эмпирические исследования, направленные на исследование общности и различий в положении мужчин и женщин; (3) анализ экономической политики, которая различным образом затрагивает каждый из полов1.


Итак, основа гендерной экономики - анализ экономических различий между мужчинами и женщинами и выявление причин гендерного неравенства. Сегодня это направление научной мысли включает в себя широкий спектр концепций, предложенных в рамках различных направлений экономической теории.

Каждое из этих направлений имеет свои излюбленные сюжеты и предлагает свои собственные интерпретации гендерных проблем. Для неоклассического направления это - экономика домохозяйства, разделение труда внутри семьи, решения о выходе на рынок труда, принимаемые совместно мужем и женой, исследование и объяснение дискриминации женщин на рынке труда, а в последние годы - анализ брачных отношений и репродуктивного поведения.

Для марксистского направления - это поиск ответов на вопрос о причинах и формах эксплуатации женщин внутри семьи и вне ее, о факторах и сферах проявления гендерного неравенства, о взаимосвязи патриархата и капитализма.

Наконец, в поле зрения наиболее молодого из названных направлений - институциональной экономики - попадают такие проблемы как брачные отношения, понимаемые как контрактные, роль государства в регулировании гендерных отношений, проблемы социальной политики и пр.



Марксистский подход


Гендерная проблематика впервые оказалась включенной в рамки экономической теории именно благодаря марксизму. Толчком к теоретической и практической постановке «женского вопроса» послужило вовлечение женщин в сферу оплачиваемой занятости, произошедшее в 30-е годы XIX века.

Основные положения классического марксизма о причинах дискриминации женщин наиболее полно были изложены в работе Ф.Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства» (1884г.). В этой работе Энгельс формулирует принципиальные тезисы марксизма о причинах угнетенного положения женщины и условиях ее освобождения. Его мысль состоит в том, что источник гендерного неравенства следует искать в отношениях собственности. Появление частной собственности ведет к возникновению гендерного разделения труда и формированию отношений зависимости/подчинения внутри семьи. Критикуя буржуазную семью, Маркс и Энгельс подчеркивали, что она основана на экономической зависимости женщины и господстве мужчины, выполняющего роль единственного кормильца («домашнее рабство» в терминологии Энгельса).

Преодоление этого подчинения возможно через трансформацию отношений собственности в рамках общества в целом. С этой точки зрения борьба за освобождение женщин есть составная часть борьбы за освобождение рабочего класса. Зависимость женщины от мужчины может быть ликвидирована только с включением женщины в общественное производство. Именно эта задача в отношении женщин должна быть решена при переходе к социализму, когда весь домашний труд, включая ведение домашнего хозяйства, уход за детьми и их воспитание, будет выведен за пределы семьи и превращен в общественную отрасль труда. Тем самым будет ликвидирована объективная основа женского неравноправия.

Итак, в рамках марксизма впервые был поставлен вопрос о причинах и формах угнетения женщины в классовом обществе. Решение этой проблемы марксизм ищет в экономических основах подчиненного положения женщины и связывает ее освобождение с ликвидацией классового, и, в частности, капиталистического, общества. Однако марксистская теория так и не дала убедительных ответов на целый ряд важных вопросов. Чем по своей сути является деятельность женщин в домашнем хозяйстве - трудом или способом проведения досуга? Можно ли отнести время, затрачиваемое на эту деятельность, к разряду рабочего времени, или же это время отдыха? Наконец, возможно ли дать стоимостную оценку этой деятельности?

Представители гендерной теории критикуют классический марксизм за то, что он игнорирует наличие собственной динамики гендерных отношений и сводит все социальные противоречия лишь к отношениям общественных классов. Таким образом, женщины и женский труд фактически остаются вне зоны видимости марксистской экономической теории.

Марксистский феминизм


В ряду современных феминистских исследователей, работающих в рамках марксистского направления, можно назвать такие имена как Хайди Хартманн, Айрис Янг, Кристин Дельфи, Эли Зарецки, Нэнси Фолбр и многие другие. Несмотря на то, что сами они относят себя к различным направлениям - к социалистическому феминизму, к радикальному феминизму, к неомарксизму и пр., мы сочли возможным объединить их концепции в рамках одного раздела в силу близости их исходных экономических постулатов и методологических подходов. Фактически все они акцентируют свое внимание на трех ключевых проблемах: (1) капитализм и эксплуатация женщин; (2) патриархат и эксплуатация женщин; (3) взаимосвязь патриархата и капитализма в деле эксплуатации женщин.

Исследовательницы, придерживающиеся марксистской парадигмы, как правило, уделяют основное внимание проблемам положения женщин в публичной сфере (в первую очередь на рынке труда). Это естественно, если вспомнить о том, что марксистская политэкономия делает основной акцент не на отношениях, складывающихся в сфере обмена (анализ рынка), а на отношениях в сфере производстве.

Вместе с тем, в рамках марксистского направления были предприняты интересные попытки экономической концептуализации частной сферы. К их числу можно отнести концепцию семейного способа производства и концепцию семьи как способа минимизации издержек по воспроизводству рабочей силы.

Концепция «семейного способа производства». Одна из наиболее интересных экономических концепций частной сферы была предложена представительницей радикального феминизма Кристин Дельфи. Она объясняет эксплуатацию женщин, исходя из своей концепции «семейного способа производства»2.

Дельфи существенно раздвигает рамки классового подхода, предложенного Марксом. Она утверждает, что мужчины (работающие на рынке) и женщины (работающие в домашнем хозяйстве) принадлежат к различным общественным классам. При этом домохозяйки представляют собой производительный класс, включенный в домашний труд, в то время как мужья – это непроизводительный класс, присваивающий результаты труда своих жен. Эти классы существуют в рамках патриархатного способа производства аналогично тому, как существуют общественные классы в рамках общественного способа производства, предложенного Марксом.

По мысли Дельфи, эксплуатация женщин не связана, с тем, какую именно работу они выполняют в домашнем хозяйстве, эта эксплуатация проистекает уже из самого факта, что работа женщин происходит в доме. Выход за пределы домашнего мира осуществляется исключительно мужчинами, в то время как женщины, оставаясь в пределах дома, фактически становятся неоплачиваемыми работниками своих мужей.

Таким образом, основной источник эксплуатации женщин коренится в семье, а капитализм есть лишь дополнение к этой первичной эксплуатации. В этом отношении все женщины составляют единый эксплуатируемый и угнетаемый класс в рамках семейного способа производства, а в качестве эксплуататоров выступают все мужчины.

Основная критика, высказанная по поводу этой концепции, сводится к тому, что данный подход полностью игнорирует экономические и иные различия, существующие между представителями каждого пола. Далее, далеко не все женщины являются домохозяйками, а концепция «семейного способа производства» фактически оставляет без внимания женщин, работающих вне дома.

Семья как способ минимизации издержек по воспроизводству рабочей силы. Эта концепция была предложена представительницами марксистского феминизма, которые менее радикальны, чем Дельфи в своих попытках ревизии марксизма. Хотя они (как и радикальные феминистки), также считают семью главным источником женского подчинения, но интерпретируют это подчинение как следствие потребности капитала в использовании домашнего труда женщин3. Семья выступает как кредитующая капитал, за счет того, что в рамках семьи наиболее эффективным (в экономическом смысле) способом обеспечивается бытовое обслуживание работающих на рынке членов семьи, а также воспроизводство новых поколений работников. Поскольку женщины-домохозяйки не получают заработной платы, а имеют лишь некоторое содержание со стороны их работающих супругов, то подобная модель «оптимизирует» процесс воспроизводства рабочей силы за счет минимизации издержек. Таким образом, капиталисты получают выгоду от неравного разделения труда по полу внутри семьи.

Обратимся теперь к марксистским экономическим концепциям, рассматривающим проблемы положения женщин на рынке труда. Марксизм и феминизм марксистского толка объясняют гендерное неравенство на рынке труда исходя из капиталистических общественных отношений. Женщины рассматриваются как подчиненная и маргинальная категория работников, а повышенный уровень их эксплуатации – как фактор, обеспечивающий дополнительные выгоды для работодателей. Мы рассмотрим две концепции, предложенные в рамках этого направления: концепцию резервной армии труда и концепцию трудового процесса.



Концепция резервной армии труда. Эта концепция опирается на тезис Маркса о том, что в условиях капитализма неизбежным является постоянном существовании резервной армии труда, что препятствует успешному торгу между работниками и работодателями по поводу условий занятости и заработной платы. В 70-е годы теория резервной армии труда была применена к женщинам. Утверждалось, что они представляют собой гибкий резерв рабочей силы, который входит на рынок труда в периоды экономического подъема, и покидает сферу занятости в периоды экономического спада (в особенности это касается замужних женщин). Классическим примером в этом плане является вовлечение женщин в сферу занятости в периоды военного времени.

Однако эмпирические данные далеко не всегда подтверждают выводы этой концепции. Например, в период Великой Депрессии в США доля женщин, потерявших работу, не превышала долю мужчин. Аналогичным образом обстояло дело и в период экономического кризиса середины 70-х годов, затронувшего все развитые страны. Р.Милкман объясняет это тем, что эффект резервной армии труда в значительной степени нивелируется эффектом профессиональной сегрегации по признаку пола (т.е. сектора занятости, в наибольшей степени затронутые безработицей, были преимущественно мужскими)4. Милкман предполагает, что для объяснения гендерных отношений в сфере занятости ключевым является понятие профессиональной сегрегации (более подробно о профессиональной сегрегации см. далее), а не концепция резервной армии труда. Однако, сторонники концепции резервной армии труда не включают этот вопрос в свой анализ.



Концепция трудового процесса. Эта концепция была сформулирована Браверманом в работе «Труд и монополистический капитализм» (1974)5. Автор разработал общую концепцию развития капитализма, в которую включил и анализ гендерных отношений. В его аргументации можно выделить две основные части: Во-первых, в условиях современного монополистического капитализма происходит прогрессивное снижение квалификационных требований на многих рабочих местах, и женщины занимают основную часть из этих менее квалифицированных работ. Во-вторых, происходит изменение отношений между домашним хозяйством и рынком. Объем домашнего труда снижается в результате того, что семья покупает на рынке многие товары, которые раньше она производила сама. Поэтому женщины получают возможность включаться в оплачиваемую занятость. Следствием этих двух процессов является рост уровня занятости женщин и снижение уровня занятости мужчин, поскольку они вытесняются с квалифицированных работ. В перспективе следует ожидать сближения уровней занятости мужчин и женщин.

Основная критика в адрес Бравермана сводилась к тому, что (а) тенденция к снижению квалификации не является неизбежной; (б) многолетняя статистика бюджетов времени не подтверждает вывод о снижении времени, затрачиваемого женщинами в домашнем хозяйстве. Вместе с тем, в пользу доводов Бравермана отчасти говорят такие факты, как снижение доли женщин-домохозяек, и более низкие затраты времени на домашнюю работу среди работающих женщин по сравнению с домохозяйками.

Завершая обзор концепций, разработанных в рамках марксистской экономической парадигмы, остановимся еще на одном подходе, который, с нашей точки зрения, наиболее полно воплощает идею синтеза марксистской и феминистской теории. Речь идет о «теории двойственных систем», наиболее известные версии которой были предложены, в частности, Хайди Хартманн и Айрис Янг. Теории двойственных систем рассматривают капитализм и патриархат как независимые структуры угнетения, суть которых объясняется исходя из марксистской теории капитализма и феминистской теории патриархата.

Наиболее известной представительницей этого направления является Хайди Хартманн, автор знаменитой работы "Неудачный брак марксизма и феминизма: в поисках более прогрессивного союза"6,

По мнению Х.Хартманн, основы подчиненного положения женщин коренятся в гендерном разделении труда. Экономическое развитие капитализма происходит исходя из логики капиталистического накопления. Вследствие этого производство ориентировано на рыночный обмен, а не на использование производимых благ. В итоге капиталистическое общество не может адекватно оценивать труд, создающий блага, не выставляемые на рынок (в частности, блага, которые создаются неоплаченным домашним трудом женщин). Поэтому в капиталистическом обществе труд женщин считается второстепенным и социально незначимым.

Вместе с тем, система капитализма функционально связана с системой патриархата. Хартманн определяет патриархат как систему социальных отношений, в рамках которой между мужчинами устанавливаются иерархические отношения и солидарность, позволяющие им осуществлять контроль над женщинами. Таким образом, патриархат есть система угнетения женщин мужчинами. При этом выгоду от эксплуатации женщин получают как все мужчины, так и все капиталисты, поскольку эксплуатация женщин построена на своеобразном соглашении между мужчинами и капиталистами.

Безусловно, патриархат представляет собой более архаичную структуру угнетения, чем капитализм. Становление капитализма создало угрозу патриархатному контролю, поскольку предполагало вовлечение женщин и детей в состав рабочей силы а, следовательно, уничтожение экономической зависимости женщин и власти мужчин. Однако в действительности этого не произошло: в условиях капитализма женщины продолжают оставаться маргиналами на рынке труда, а их экономическая зависимость сохраняется. По мнению Хартманн, наряду со структурными и историческими объяснениями этого факта, не следует игнорировать роль мужчин в поддержании подобной ситуации. Мужчины - капиталисты утверждают свою власть через сегментацию рынка труда (т.е. разделение работников на группы по расовым, половым и этническим основаниям), а мужчины-работники поддерживают выгодную для них модель профессиональной сегрегации по признаку пола, которая ставит их в привилегированное положение.

Хотя системы патриархата и капитализма тесно связаны между собой, однако ведущая роль принадлежит капитализму. Вместе с тем, патриархат несет важную функциональную нагрузку по отношению к капитализму, раскалывая рабочий класс по признаку пола на две противостоящие друг другу группы.



Хартманн подчеркивает, что в современном обществе патриархатный порядок непрерывно воспроизводится капиталистической системой с помощью определенного социального механизма7. Хартманн описывает суть этого механизма следующим образом. В основе его лежит гендерная сегрегация в занятости, которая является главным рычагом мужского контроля над женщинами во всех сферах общества. Благодаря высокой организованности и навыкам контроля мужчины вытесняют женщин с хороших рабочих мест. Дискриминация в занятости не позволяет женщинам обрести экономическую независимость и вынуждает их выходить замуж. В семье происходит воспроизводство патриархатных отношений, когда в обмен на материальную обеспеченность женщины оказываются вынужденными выполнять основную часть домашней работы. Загруженность женщин домашними делами еще более подрывает их возможности получить доступ к хорошим работам, поскольку последние требуют хорошего образования и высокой квалификации. В итоге образуется порочный круг, усиливающий экономическую зависимость женщин от мужчин, с одной стороны, и масштабы их домашней эксплуатации, с другой.

Основные критические замечания в адрес концепции, предложенной Х.Хартманн, были связаны с двумя моментами8:

  1. Во-первых, подчеркивалось, что данный подход фактически игнорирует наличие противоречий между капитализмом и патриархатом и описывает эти две системы как внутренне согласованные;

  2. Во-вторых, подход Хартманн критиковался за излишне схематичный и упрощенный анализ профессиональной сегрегации, которую она фактически сводит к вытеснению женщин мужчинами с лучших рабочих мест. Между тем, явление профессиональной сегрегации имеет гораздо более сложный и многомерный характер.

В целом основные критические аргументы в адрес марксистских концепций гендерного неравенства сводятся к тому, что сторонники марксистской парадигмы слишком сосредоточены на анализе капиталистической системы и зачастую не могут объяснить суть и происхождение гендерного неравенства в до- и посткапиталистических обществах. Сведение проблемы гендерного неравенства исключительно к капитализму представляется слишком узким подходом, игнорирующим существование независимой динамики гендерных отношений.

Неоклассический подход


Неоклассическое направление берет свое начало в конце XIX века. Его основы были заложены в работах таких экономистов, как К.Менгер, У.Джевонс, Л .Вальрас, А.Маршалл, и др. Эти экономисты ставили своей задачей сформулировать общие закономерности развития «чистой экономики» независимо от общественной формы ее организации, выявить и описать в математической форме условия экономического равновесия экономической системы.

Основные постулаты неоклассического подхода


В рамках неоклассического подхода основной упор сделан на анализе экономического поведения агентов рынка в условиях свободной конкуренции. По мнению неоклассиков, свободное действие рыночных сил (свободная конкуренция и рыночное ценообразование) обеспечивает наиболее эффективное распределение и использование экономических ресурсов и адекватное вознаграждение факторов производства (труд – в виде заработной платы, капитал – в виде прибыли и землю – в виде ренты).

В отличие от марксизма неоклассики не рассматривают социальные группы (в том числе и общественные классы) в качестве субъектов экономического действия. В неоклассическом подходе в центре внимания находится отдельный индивид, а точнее, некоторая абстрактная модель человеческого поведения, получившая название «экономического человека» или «homo economicus».

Что же характеризует «экономического человека» как субъекта экономического действия?9


  • «Экономический человек» располагает ограниченными ресурсами для удовлетворения своих потребностей, и поэтому всегда должен делать выбор;

  • Этот выбор обусловлен системой его субъективных предпочтений и ограничениями, главными из которых являются величина его дохода и цены отдельных благ.

  • Предпочтения экономического человека являются непротиворечивыми и устойчивыми (неизменными).

  • В своих действиях экономический человек руководствуется исключительно собственными интересами. Однако в некоторых случаях его интересы могут включать и благосостояние других людей (например, членов его семьи).

  • Экономический человек всегда действует рационально, т.е. в любой ситуации выбора он предпочитает вариант, который в наибольшей степени отвечает его предпочтениям (или, выражаясь экономическими терминами, он всегда ориентирован на то, чтобы максимизировать свою функцию полезности).


Полезность

Понятие полезности является одним из базовых теоретических понятий неоклассического подхода. Идея полезности первоначально была сформулирована в трудах английского философа И.Бентама, который считал, что максимизация полезности является руководящим психологическим принципом поведения людей в их стремлении избежать страданий и увеличить удовольствия или счастье. Экономисты интерпретируют понятие полезности как порядок предпочтения индивидом тех или иных благ. Рационально действующий индивид стремится так распределить свои средства на покупку различных благ (при заданных ценах), чтобы максимизировать ожидаемое удовлетворение (или полезность) от их потребления. При этом он руководствуется своей личной системой предпочтений – т.е. его полезность имеет сугубо личностный, субъективный характер.

Модель «экономического человека» является объектом серьезной критики со стороны феминисток, которые оценивают ее как сугубо андроцентристскую, опирающуюся преимущественно на мужской опыт познания действительности и поведения.

Гендерные аспекты в экономическом анализе домохозяйства


До середины 60-х годов гендерная проблематика фактически игнорировалась экономистами-неоклассиками. «Прорыв» в этом направлении связан с работами американского экономиста Гэри Беккера, который предложил принципиально новую теоретическую интерпретацию гендерных проблем с позиций наиболее влиятельного на сегодня направления экономической мысли. Речь шла о таких концептуальных разработках, как разделение труда внутри семьи и принятие решения о выходе на рынок труда, причины дискриминации на рынке труда, производительная функция домашнего хозяйства, распределение дохода в семье, брачное и репродуктивное поведение и др. Ниже будут кратко рассмотрены некоторые из этих концепций.

В работах Г.Беккера принципиально важным является акцент на семье и домохозяйстве как субъектах экономического действия и объектах экономического анализа. Дело в том, что семья как объект анализа всегда составляла «камень преткновения» для экономистов-неоклассиков ввиду того, что их теоретические конструкции опираются на логику индивидуального поведения. Традиционно семья рассматривалась в экономическом анализе исключительно как субъект потребления, имеющий единую функцию полезности (т.е. общую систему предпочтений, разделяемую всеми ее членами). При этом внутренняя структура семьи и механизмы согласования интересов отдельных ее членов оставались «невидимыми» для экономистов.

Работы Г.Беккера позволили поставить проблематику семьи и домохозяйства на новую теоретическую основу. И хотя Г.Беккер отнюдь не принадлежит к сторонникам феминизма, его теоретические разработки в большой степени способствовали проникновению гендерной проблематики в микроэкономический анализ.

Производительная функция домашнего хозяйства

(«новая экономика домашнего хозяйства»)


Неоклассики попытались разрешить одну из главных теоретических проблем - проблему оценки домашнего труда. Предложенная Г.Беккером «новая экономика домашнего хозяйства»10 рассматривала семью не просто как пассивного потребителя товаров, а как активного производителя потребительских благ, По Беккеру семьи предъявляют спрос не на товары сами по себе, а на извлекаемые из них полезные эффекты. Члены семьи, используя определенные «производственные факторы» (рыночные товары, время членов семьи и др.), выпускают «конечную продукцию», которая материализуется в основных потребительских благах (например, покупая стиральную машину, семья ставит целью произвести такое потребительское благо, как выстиранное белье).

Одно и то же благо семья может производить с помощью различных технологий - например, стирать вручную, приглашать прачку, отдавать белье в стирку и пр. Главный вопрос - это выбор той или иной «технологии» производства необходимых потребительских благ. Исходя из чего семья делает этот выбор? Он зависит от доходов семьи и от цен на соответствующие факторы производства. Однако важнейшим ресурсом для домашнего производства выступает время членов семьи. А ценность времени можно определить по альтернативным издержкам. Следовательно выбор между рыночной или домашней деятельностью зависит от простого соотношения: сколько женщина сможет заработать за N часов вне домашнего хозяйства, и какие затраты понесет семья, если женский домашний труд в объеме тех же N часов будет выполнен другой женщиной (оплачиваемой по рыночной ставке). (Отметим, что аналогичная логика в полной мере применима и к оценке мужского труда).



Альтернативные издержки

Издержки, отражающие ценность наилучшего из вариантов, от которого пришлось отказаться при экономическом выборе. Альтернативные издержки часто характеризуются как ценность упущенных возможностей.

Чем выше образование и квалификация занятых в домашнем хозяйстве, и чем выше уровень их занятости на рынке, тем «дороже» стоит их домашний труд. Поэтому рост занятости женщин вне дома фактически оказывается стимулом для развития времясберегающих «технологий» домашнего труда.

Внутрисемейное распределение доходов

Еще одна проблема, получившая теоретическое осмысление в рамках неоклассического подхода – это проблема распределения доходов внутри семьи.

В основе модели, предложенной Г. Беккером, лежит предположение о том, что в семье присутствует «альтруист» - субъект экономического действия, поведение которого отличается от описанного выше«homo economicus». Главная особенность альтруиста состоит в том, что структура его предпочтений включает в себя заботу о благосостоянии остальных членов семьи (которые, в отличие от «альтруиста», ведут себя в соответствии с моделью «экономического человека», то есть являются «рациональными эгоистами»). Вывод Беккера состоит в том, что присутствие «альтруиста» побуждает прочих членов семьи вести себя в соответствии с принципом альтруизма, несмотря на их эгоизм и рациональность.

Логика Беккера строится следующим образом. Он утверждает, что если главой семьи является «альтруист», обладающий возможностью влиять на распределение доходов между членами семьи, то это заставляет других членов семьи учитывать общесемейные интересы (или общую функцию полезности семьи) при принятии решений. Глава семьи добивается этого, изменяя пропорции распределения дохода между членами семьи в случае, если они (в силу своего эгоизма), ущемляют интересы прочих членов семьи или семьи в целом. Поскольку члены семьи не только эгоистичны, но и рациональны (а, следовательно, обучаемы и не повторяют прошлых ошибок), то они в дальнейшем начинают также следовать альтруистической модели поведения. Таким образом, «альтруизм» главы семьи подталкивает прочих членов семьи к кооперативному поведению, а общая функция благосостояния семьи максимизируется.

Внутрисемейное разделение труда


В рамках неоклассического подхода гендерное разделение ролей внутри семьи получает новую интерпретацию благодаря использованию понятия “человеческого капитала”11, разработанного Г.Беккероми Т.Шульцом.

Человеческий капитал

«Под человеческим капиталом понимается воплощенный в человеке запас способностей, знаний, навыков и мотиваций. Его формирование, подобно накоплению физического или финансового капитала, требует отвлечения средств от текущего потребления ради получения дополнительных доходов в будущем. К важнейшими видами человеческих инвестиций относят образование, подготовку на производстве, миграцию, информационный поиск, рождение и воспитание детей.»12

Применение термина “капитал” объясняется тем, что, по мысли Беккера, эти вложения производятся работником в расчете на будущее – т.е. в ожидании более высокой зарплаты, лучшей работы и пр. Первоначально в понятие человеческого капитала включались вложения в образование, профподготовку и поиск работы (в том числе трудовую миграцию). Впоследствии Беккер включил в понятие «человеческий капитал» не только профессиональные навыки, но и навыки, формируемые во внерыночной среде (напр., в семье).
Если по каким либо причинам возникают хотя бы небольшие различия между полами в режимах накопления человеческого капитала, то эти различия становятся фактором, способствующим специализации каждого пола на накоплении капитала определенного типа - условно говоря, «рыночного» (повышающего производительность на рынке) или «домашнего» (повышающего производительность в домашнем хозяйстве). Для женщин эти различия имеют как биологическую (связанную с рождением и воспитанием детей), так социальную (дискриминация на рынке труда) природу.

Исходя из этой логики для семьи в целом выгодно, если каждый из супругов будет специализироваться на той деятельности, где он обладает сравнительным преимуществом в накоплении «человеческого капитала». Если учесть, что средняя ставка зарплаты женщин ниже, чем мужчин, а их «домашний» человеческий капитал в среднем выше, то экономически рациональной стратегией средней семьи скорее всего окажется вариант, когда муж работает в рыночном секторе, а жена - в домашнем хозяйстве.



Неоклассический подход к анализу брачных отношений


При анализе брачного поведения Г.Беккер опирается на два теоретических основания: представление о брачном рынке как механизме согласования спроса и предложения, и концепцию человеческого капитала, объясняющую процесс сохранения или расторжения данного брачного союза.

Г. Беккер показывает, что на брачном рынке действуют две базовые модели: выбор партнера по принципу сходства (основная модель) и по принципу различия13. Другими словами, в большинстве случаев «высококачественные» мужчины стремятся выбрать в качестве спутницы жизни столь же «высококачественных» женщин и наоборот. Выбор по принципу сходства является оптимальным, когда данные качества являются взаимодополняющими (т.е. взаимно усиливают друг друга). Напротив, выбор по различию происходит, когда качества являются взаимозаменяющими (высокий уровень данного качества у одного из партнеров компенсирует его недостаток у другого партнера). В качестве примера качества, приводящего к выбору по различию, Беккер приводит ставки заработной платы мужчин и женщин. В этом случае оптимальным будет выбор по различию (высокооплачиваемые мужчины выбирают в качестве жен низкооплачиваемых женщин, и наоборот), поскольку такой выбор обеспечивает максимальную эффективность разделения труда между партнерами. «Дешевое» время одного из партнеров используется на создание нерыночных благ, в то время как высокооплачиваемый партнер максимизирует доход в рыночной сфере. Примером качества, приводящего к выбору по принципу сходства, Беккер считает, например, образование и показывает, что вероятность развода повышается, когда в брак вступают люди, имеющие разный образовательный уровень.

По Беккеру на протяжении брака формируется специфический семейный капитал («marital-specific capital»), который включает в себя такие блага, как дети, репутация в глазах окружающих, престиж, здоровье, взаимопонимание, чувственные удовольствия и пр. Основная часть этого капитала не может быть автоматически перенесена в другой брачный союз - она безвозвратно утрачивается в случае развода14. Поэтому вероятность расторжения брака в первые годы совместной жизни выше - ведь специфический «семейный» капитал, накопленный к этому моменту, еще сравнительно невелик. По мере роста продолжительности брака вероятность развода снижается.

Специализируясь в накоплении специфического “семейного“ капитала, женщины повышают для себя выгоды, связанные с сохранением данного брака. В то же время недостаточный «рыночный» капитал выступает причиной, увеличивающей издержки, связанные с разводом. Эта логика объясняет тот факт, что рост женской экономической активности сопровождался в развитых странах Запада параллельным ростом числа разводов, поскольку наличие независимых доходов существенно снизило для женщин возможный ущерб, связанный с расторжением брака.


Феминистская критика неоклассического подхода

В чем же феминистки видят главные недостатки и пробелы неоклассических концепций?

Они подчеркивают, что в основе неоклассического подхода лежит андроцентристская посылка об изолированном субъекте, озабоченном исключительно собственными интересами и эмоционально не связанным с другими людьми. Это предполагает, что сфера рыночных отношений полностью свободна от проявлений симпатии, альтруизма, чувства солидарности15.

В рамках феминистской парадигмы серьезному сомнению подвергаются также тезис о том, что в рыночной сфере доминируют отношения эгоизма, в то время как семья является “царством альтруизма”. Ведь тогда, говорят феминистки, придется признать, что семья максимизирует единую функцию полезности, совокупный доход равномерно распределяется между ее членами, а конфликты на экономической почве невозможны. А это весьма далеко от действительности. В этом пункте феминистки вступают в серьезную полемику с идеологами неоклассики, которые утверждают, что существует единая причина того, что на рынке преобладает эгоистическое поведение, а в семье альтруистическое - и в том, и в другом случае этим достигается наибольшая эффективность.

Тем не менее, несмотря на целый ряд серьезных расхождений, с конца 80-х годов наметилось встречное движение представителей неоклассического подходов в экономике, с одной стороны, и исследователей феминистской ориентации, с другой, к научной постановке и решению гендерных проблем. Это позволяет надеяться на то, что в рамках этой пограничной проблематики удастся органично соединить последние разработки экономической теории и достижения исследователей феминистской ориентации.

Институциональный подход


В рамках самого молодого из направлений экономической мысли - институционализма - гендерные аспекты пока еще не представлены столь же масштабно, как в неоклассике, или неомарксистских и леворадикальных теориях. Тем не менее, перспективы в этом плане выглядят весьма многообещающе.
Основные положения институционального подхода

Как отмечал один из основоположников неоинституционализма, Р.Коуз, «современная институциональная экономическая теория должна изучать человека таким, каков он есть на самом деле, - действующего в рамках ограничений, налагаемых реальными институтами»16. Экономические институты понимаются представителями институционализма как устойчивые системы связей и отношений, закрепленные в социальных нормах, традициях и культуре общества. Именно система экономических институтов в целом (и рынок на правах одного из них) определяют характер и направленность развития общества.

В противоположность неоклассикам институционалисты не абсолютизируют рыночные критерии экономической эффективности, и подчеркивают, что рыночные механизмы далеко не всегда способны эффективно разрешить противоречия интересов, существующие в обществе. Кроме того, если неоклассики акцентируют регулирующую роль рыночного механизма, то институционалисты, напротив, считают государственное вмешательство в экономику не только возможным, но и желательным.

Сходство институционального и феминистского подходов прослеживается по целому ряду позиций.

Представительницы феминизма разделяют ключевое положение институционализма о том, что за безличным рыночным механизмом стоят определенные социальные интересы и политические структуры власти, они подчеркивают важность государственного вмешательства при реализации принципа равенства полов. Феминистки солидарны с представителями институционализма в их критике неоклассического принципа методологического индивидуализма, тезисов о неизменности структуры предпочтений, эгоистическом поведении и максимизации полезности как ведущем мотиве человеческого поведения.

Институционалисты обратились к изучению гендерной проблематики в первой половине 80-х годов, стимулом к чему послужили классические работы Г.Беккера (в частности, «новая экономика домохозяйства»). Вплоть до настоящего времени проблематика семьи и брака остается фактически единственным гендерным сюжетом в рамках институционализма.

Институционалисты существенно расширяют рамки «новой экономики домохозяйства», делая акцент на значимости внутренней структуры семьи. Семья рассматривается ими в первую очередь как особый институт, обеспечивающий индивидам возможность создать стабильную среду для жизни и воспитания детей. Семья выполняет две основные функции: во-первых, обеспечивает необходимую гибкость в принятии решений (и тем способствует адаптации ее членов в изменению внешних условий), и, во-вторых, гарантирует определенную жесткость, защищающую каждого из супругов от эгоистической эксплуатации со стороны другого17.

Семья рассматривается институционалистами и как институт, способствующий снижению трансакционных издержек или, иными словами, издержек по повседневному функционированию семьи (так, например, проживание в семье избавляет от поиска партнеров для совместной деятельности; члены семьи обычно обладают навыками в выполнении различных видов деятельности по дому и могут успешно кооперироваться в ее выполнении и пр.).



ТРАНСАКЦИОННЫЕ ИЗДЕРЖКИ

К.Эрроу определял трансакционные издержки как «затраты на управление экономической системой»18, а О.Уильямсон называет их «экономическим эквивалентом трения в механических системах»19

Рональд Коуз (со ссылкой на К.Далмана) определяет содержание данного понятия применительно к экономическим процессам следующим образом: трансакционные издержки – это «издержки сбора и обработки информации, издержки проведения переговоров и принятия решения, издержки контроля и юридической защиты выполнения контракта»20.
Особой формой снижения трансакционных издержек, на которую экономисты обратили внимание, рассматривая экономический смысл заключения брака, является предупреждение оппортунистического поведения. Возможность подобного поведения возникает в том случае, когда сложно оценить реальный вклад каждой из сторон в конечный результат, а, следовательно, сложно определить, насколько стороны уклоняются от соблюдения своих обязательств (например, затраты ресурсов и времени на ребенка со стороны каждого из супругов после развода). Результатом оппортунистического поведения является снижение реального вклада партнеров в те семейные блага, которые производятся совместно.
ОППОРТУНИСТИЧЕСКОЕ ПОВЕДЕНИЕ

Под оппортунизмом понимается «преследование личного интереса с использованием коварства»21. Оппортунизм включает в себя как явные формы (ложь, воровство, мошенничество), так и более тонкие формы обмана (например, сокрытие части информации или предоставление неточной информации).

Контроль и предупреждение оппортунистического поведения со стороны партнера по «совместному производству семейных благ» связаны с определенными издержками. Эти издержки принято называть издержками контроля («monitoring costs»). Таким образом, экономический смысл заключения брака может быть описан через снижение издержек контроля, поскольку совместное проживание создает «прозрачность» семейной среды и удерживает партнеров от оппортунистического поведения.

Рассматривая брак как контракт, институционалисты подчеркивают «отношенческую» природу этого контракта, т.е. такого контракта, где центральная роль принадлежит длительным отношениям между сторонами, а не сводится к выполнению некоторых формально закрепленных обязательств. Одновременно это означает, что брак (как и любой «отношенческий» контракт) гораздо сильнее зависит, с одной стороны, от уровня доверия между сторонами, а с другой, от юридических правил и институтов, которые занимаются их толкованием. А это, в свою очередь, усиливает роль государства, религии и обычая, и одновременно снижает роль договаривающихся сторон. Признание этих трудностей привело, например, к разработке в США специальных юридических правил и созданию институтов, занимающихся урегулированием спорных вопросов в брачных контрактах.

Институционалисты, придерживающиеся феминистских взглядов, концентрируют внимание на браке и семье как институтах, закрепляющих подчиненное положение женщины. Л.Вайтцман22 акцентирует контрактную природу брака, подчеркивая, что частные брачные контракты должны рассматриваться не по особым правилам, а точно также как и любые другие юридически закрепленные соглашения. Сегодня же, по ее мнению, семейные отношения, особенно вступление в брак, не являются предметом свободного заключения контракта; они есть нечто большее - определенный статус или отношение, и этим обосновывается необходимость их регулирования со стороны государства. Именно государство налагает ограничения на условия как вступления в брак, так и развода. Поэтому брак и семья могут рассматриваться как экономические институты, ставящие женщину в подчиненное положение23.

Другие авторы предлагают рассматривать брак как своего рода «кооперативную игру»24 . Предполагается, что предпочтения супругов не совпадают, а спорные вопросы разрешаются ими на основе переговоров. Множество исходов этих переговоров (как, впрочем, и конкретный выбор) зависит от величины выгоды или ущерба (в терминах полезности), которая будет получена каждым из участников в случае провала переговоров.



В заключение отметим, что большинство подходов, предложенных институционалистами, пока еще весьма далеки по степени своей проработанности от неоклассических концепций. Сами институционалисты объясняют этот факт тем, что в их построениях большую роль играют так называемые ненаблюдаемые переменные, что существенно затрудняет эконометрическое моделирования.


1Примечания

 Joyce P.Jacobsen. Economics of Gender Blackwell Publishers Inc. Cambridge, Massachusetts 1996., p.3-4.

2 Delphy C. Close to Home. Amherst: University of Massachusetts Press, 1984.

3 (Seccombe, Wally. The Housewife and her Labour Under Capitalism.// New Left Review 83 (Jan.-Feb.), 1973, pp.3-24)

4 Milkman, R. Women’s Work and the Economic Crisis. Review of Radical Political Economics, vol.8, no 1, 1976

5 Braverman, H. Labor and Monopoly Capital. New York, Monthly Review Press, 1974

6 Hartmann Н. The unhappy marriage of Marxism and Feminism. Towards a More Progressive Union. Capital and Class, 1979, nj.8.

7 Hartmann H. Capitalism, patriarchy and job segregation by sex. Signs, 1976) N I, p.l37-169.

8 S/Walby/ Theorizing Patriarchy. L., Blackwell, 1989.

9 Подробнее см. В. Автономов. модель человека в экономической науке. СПб.: Экономическая Школа, 1998, сс. 10-11.

10 Becker G.S. A Treatise on the Family. Cambridge: Harvard University Press, 1981.

11 Becker G.S. Human Capital, Effort, and the Sexual Division of Labour // Journal of Labor Economics, 1985, v.3.

12 Р.И.Капелюшников. Теория человеческого капитала. <http://www.libertarium.ru/libertarium/10624/lib_article_t>

13 Г.Беккер. Выбор партнера на брачных рынках. // Женщина, мужчина, семья. THESIS, N6, 1994, сс.12-37.

14 Здесь просматривается аналогия с понятием "взаимоспецифический капитал", которое институционалист Р.Коуз применил к фирме - этот вид капитала, основывающийся на фиксированном разделении функций между определенными людьми, существует только вместе с данной фирмой.

15 P.England. The Separative Self: Androcentric Bias m Neoclassical Assumptions. In: Beyond Economic Man: Feminist Theory and Economics. Ed. by M.A.Ferber and J.A.Nelson, Chicago, 1993.

16 Coase R.H. The new institutional economics.// Journal of Institutional and Theoretical Economics. 1984, vol. 140, March, p.231.

17 Поллак Р. Трансакционный подход к изучению семьи и домашнего хозяйства. THESIS: 1994, вып.6, с.56.

18 Arrow K.I. The organization of economic activity: Issues pertinent to the choice of market versus nonmarket allocation. In: The Analysis and Evaluation of Public Expenditure: The PPB System. Vol.1. U.S.Joint Economic Committee, 91st Congress, 1st Session. Washington, D.C., U.S. Government Printing Office, 1969, p.48.

19 Уильямсон О.И. Экономические институты капитализма: Фирмы, рынки, «отношенческая» контрактация. Пер. с англ. под ред. В.С.Катькало. СПб, Лениздат,CEV Press, 1996, с. 53.

20 Р.Коуз. Фирма, рынок и право. Пер. с англ. М., «Дело ЛТД», при участии изд-ва «Catallaxy», 1993, с. 9 (со ссылкой на С.Dahlman. The Problem of Externality.//The Journal of Law and Economics. 22, №1, April 1979, p.148).

21 Уильямсон О.И. Экономические институты капитализма: Фирмы, рынки, «отношенческая» контрактация. Пер. с англ. под ред. В.С.Катькало. СПб, Лениздат,CEV Press, 1996, с. 97.

22 Weitzman L.J. The Marriage Contract: Spouses, Lovers and Law. New York: Free Press, 1981.

23 Вулли Ф. Феминистский вызов неоклассической экономической теории. THESIS. 1994, № 6. См. Т.Шульц. Ценность детей. THESIS, 1994, N 6.

24 Подобные подходы были независимо предложены Менсером и Брауном (Manser M. and Brown M. Marriage and Household Decision-Making: A Bargaining Analysis.//International Economic Review, February 1980, v.21,no.1, p.31-44.) и МакЭлроем и Хорни (McElroy M.B. and Horney M.J. Nash-Bargaining Household Decision: Toward a Generalisation of the Theory of Demand.//International Economic Review, June 1981, v.22,no.2, p.333-349.)


База данных защищена авторским правом ©refedu.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница