Лев Николаевич Толстой. Война и мир



страница81/81
Дата01.05.2016
Размер5.44 Mb.
1   ...   73   74   75   76   77   78   79   80   81

XXI.


Пьер поехал к Марье Дмитриевне, чтобы сообщить об исполнении ее желанья

-- об изгнании Курагина из Москвы. Весь дом был в страхе и волнении. Наташа

была очень больна, и, как Марья Дмитриевна под секретом сказала ему, она в

ту же ночь, как ей было объявлено, что Анатоль женат, отравилась мышьяком,

который она тихонько достала. Проглотив его немного, она так испугалась, что

разбудила Соню и объявила ей то, что она сделала. Во-время были приняты

нужные меры против яда, и теперь она была вне опасности; но все-таки слаба

так, что нельзя было думать везти ее в деревню и послано было за графиней.

Пьер видел растерянного графа и заплаканную Соню, но не мог видеть Наташи.

Пьер в этот день обедал в клубе и со всех сторон слышал разговоры о

попытке похищения Ростовой и с упорством опровергал эти разговоры, уверяя

всех, что больше ничего не было, как только то, что его шурин сделал

предложение Ростовой и получил отказ. Пьеру казалось, что на его обязанности

лежит скрыть все дело и восстановить репутацию Ростовой.

Он со страхом ожидал возвращения князя Андрея и каждый день заезжал

наведываться о нем к старому князю.

Князь Николай Андреич знал через m-lle Bourienne все слухи, ходившие по

городу, и прочел ту записку к княжне Марье, в которой Наташа отказывала

своему жениху. Он казался веселее обыкновенного и с большим нетерпением

ожидал сына.

Чрез несколько дней после отъезда Анатоля, Пьер получил записку от

князя Андрея, извещавшего его о своем приезде и просившего Пьера заехать к

нему.


Князь Андрей, приехав в Москву, в первую же минуту своего приезда

получил от отца записку Наташи к княжне Марье, в которой она отказывала

жениху (записку эту похитила у княжны Марьи и передала князю m-lle

Вourienne) и услышал от отца с прибавлениями рассказы о похищении Наташи.

Князь Андрей приехал вечером накануне. Пьер приехал к нему на другое

утро. Пьер ожидал найти князя Андрея почти в том же положении, в котором

была и Наташа, и потому он был удивлен, когда, войдя в гостиную, услыхал из

кабинета громкий голос князя Андрея, оживленно говорившего что-то о какой-то

петербургской интриге. Старый князь и другой чей-то голос изредка перебивали

его. Княжна Марья вышла навстречу к Пьеру. Она вздохнула, указывая глазами

на дверь, где был князь Андрей, видимо желая выразить свое сочувствие к его

горю; но Пьер видел по лицу княжны Марьи, что она была рада и тому, что

случилось, и тому, как ее брат принял известие об измене невесты.

-- Он сказал, что ожидал этого, -- сказала она. -- Я знаю, что гордость

его не позволит ему выразить своего чувства, но все-таки лучше, гораздо

лучше он перенес это, чем я ожидала. Видно, так должно было быть...

-- Но неужели совершенно все кончено? -- сказал Пьер.

Княжна Марья с удивлением посмотрела на него. Она не понимала даже, как

можно было об этом спрашивать. Пьер вошел в кабинет. Князь Андрей, весьма

изменившийся, очевидно поздоровевший, но с новой, поперечной морщиной между

бровей, в штатском платье, стоял против отца и князя Мещерского и горячо

спорил, делая энергические жесты. Речь шла о Сперанском, известие о

внезапной ссылке и мнимой измене которого только что дошло до Москвы.

-- Теперь судят и обвиняют его (Сперанского) все те, которые месяц тому

назад восхищались им, -- говорил князь Андрей, -- и те, которые не в

состоянии были понимать его целей. Судить человека в немилости очень легко и

взваливать на него все ошибки другого; а я скажу, что ежели что-нибудь

сделано хорошего в нынешнее царствованье, то все хорошее сделано им -- им

одним. -- Он остановился, увидав Пьера. Лицо его дрогнуло и тотчас же

приняло злое выражение. -- И потомство отдаст ему справедливость, --

договорил он, и тотчас же обратился к Пьеру.

-- Ну ты как? Все толстеешь, -- говорил он оживленно, но вновь

появившаяся морщина еще глубже вырезалась на его лбу. -- Да, я здоров, --

отвечал он на вопрос Пьера и усмехнулся. Пьеру ясно было, что усмешка его

говорила: "здоров, но здоровье мое никому не нужно". Сказав несколько слов с

Пьером об ужасной дороге от границ Польши, о том, как он встретил в

Швейцарии людей, знавших Пьера, и о господине Десале, которого он

воспитателем для сына привез из-за границы, князь Андрей опять с горячностью

вмешался в разговор о Сперанском, продолжавшийся между двумя стариками.

-- Ежели бы была измена и были бы доказательства его тайных сношений с

Наполеоном, то их всенародно объявили бы -- с горячностью и поспешностью

говорил он. -- Я лично не люблю и не любил Сперанского, но я люблю

справедливость. -- Пьер узнавал теперь в своем друге слишком знакомую ему

потребность волноваться и спорить о деле для себя чуждом только для того,

чтобы заглушить слишком тяжелые задушевные мысли.

Когда князь Мещерский уехал, князь Андрей взял под руку Пьера и

пригласил его в комнату, которая была отведена для него. В комнате была

разбита кровать, лежали раскрытые чемоданы и сундуки. Князь Андрей подошел к

одному из них и достал шкатулку. Из шкатулки он достал связку в бумаге. Он

все делал молча и очень быстро. Он приподнялся, прокашлялся. Лицо его было

нахмурено и губы поджаты.

-- Прости меня, ежели я тебя утруждаю... -- Пьер понял, что князь

Андрей хотел говорить о Наташе, и широкое лицо его выразило сожаление и

сочувствие. Это выражение лица Пьера рассердило князя Андрея; он решительно,

звонко и неприятно продолжал: -- Я получил отказ от графини Ростовой, и до

меня дошли слухи об искании ее руки твоим шурином, или тому подобное. Правда

ли это?

-- И правда и не правда, -- начал Пьер; но князь Андрей перебил его.



-- Вот ее письма и портрет, -- сказал он. Он взял связку со стола и

передал Пьеру.

-- Отдай это графине... ежели ты увидишь ее.

-- Она очень больна, -- сказал Пьер.

-- Так она здесь еще? -- сказал князь Андрей. -- А князь Курагин? --

спросил он быстро.

-- Он давно уехал. Она была при смерти...

-- Очень сожалею об ее болезни, -- сказал князь Андрей. -- Он холодно,

зло, неприятно, как его отец, усмехнулся.

-- Но господин Курагин, стало быть, не удостоил своей руки графиню

Ростову? -- сказал князь Андрей. Он фыркнул носом несколько раз.

-- Он не мог жениться, потому что он был женат, -- сказал Пьер.

Князь Андрей неприятно засмеялся, опять напоминая своего отца.

-- А где же он теперь находится, ваш шурин, могу ли я узнать? -- сказал

он.

-- Он уехал в Петер.... впрочем я не знаю, -- сказал Пьер.



-- Ну да это все равно, -- сказал князь Андрей. -- Передай графине

Ростовой, что она была и есть совершенно свободна, и что я желаю ей всего

лучшего.

Пьер взял в руки связку бумаг. Князь Андрей, как будто вспоминая, не

нужно ли ему сказать еще что-нибудь или ожидая, не скажет ли чего-нибудь

Пьер, остановившимся взглядом смотрел на него.

-- Послушайте, помните вы наш спор в Петербурге, -- сказал Пьер,

помните о...

-- Помню, -- поспешно отвечал князь Андрей, -- я говорил, что падшую

женщину надо простить, но я не говорил, что я могу простить. Я не могу.

-- Разве можно это сравнивать?... -- сказал Пьер. Князь Андрей перебил

его. Он резко закричал:

-- Да, опять просить ее руки, быть великодушным, и тому подобное?...

Да, это очень благородно, но я не способен итти sur les brisées de monsieur

.[40] -- Ежели ты хочешь быть моим другом, не говори со мною

никогда про эту... про все это. Ну, прощай. Так ты передашь...

Пьер вышел и пошел к старому князю и княжне Марье.

Старик казался оживленнее обыкновенного. Княжна Марья была такая же,

как и всегда, но из-за сочувствия к брату, Пьер видел в ней радость к тому,

что свадьба ее брата расстроилась. Глядя на них, Пьер понял, какое презрение

и злобу они имели все против Ростовых, понял, что нельзя было при них даже и

упоминать имя той, которая могла на кого бы то ни было променять князя

Андрея.

За обедом речь зашла о войне, приближение которой уже становилось



очевидно. Князь Андрей не умолкая говорил и спорил то с отцом, то с Десалем,

швейцарцем-воспитателем, и казался оживленнее обыкновенного, тем оживлением,

которого нравственную причину так хорошо знал Пьер.


XXII.


В этот же вечер, Пьер поехал к Ростовым, чтобы исполнить свое

поручение. Наташа была в постели, граф был в клубе, и Пьер, передав письма

Соне, пошел к Марье Дмитриевне, интересовавшейся узнать о том, как князь

Андрей принял известие. Через десять минут Соня вошла к Марье Дмитриевне.

-- Наташа непременно хочет видеть графа Петра Кирилловича, -- сказала

она.

-- Да как же, к ней что ль его свести? Там у вас не прибрано, --



сказала Марья Дмитриевна.

-- Нет, она оделась и вышла в гостиную, -- сказала Соня.

Марья Дмитриевна только пожала плечами.

-- Когда это графиня приедет, измучила меня совсем. Ты смотри ж, не

говори ей всего, -- обратилась она к Пьеру. -- И бранить-то ее духу не

хватает, так жалка, так жалка!

Наташа, исхудавшая, с бледным и строгим лицом (совсем не пристыженная,

какою ее ожидал Пьер) стояла по середине гостиной. Когда Пьер показался в

двери, она заторопилась, очевидно в нерешительности, подойти ли к нему или

подождать его.

Пьер поспешно подошел к ней. Он думал, что она ему, как всегда, подаст

руку; но она, близко подойдя к нему, остановилась, тяжело дыша и безжизненно

опустив руки, совершенно в той же позе, в которой она выходила на середину

залы, чтоб петь, но совсем с другим выражением.

-- Петр Кирилыч, -- начала она быстро говорить -- князь Болконский был

вам друг, он и есть вам друг, -- поправилась она (ей казалось, что все

только было, и что теперь все другое). -- Он говорил мне тогда, чтобы

обратиться к вам...

Пьер молча сопел носом, глядя на нее. Он до сих пор в душе своей

упрекал и старался презирать ее; но теперь ему сделалось так жалко ее, что в

душе его не было места упреку.

-- Он теперь здесь, скажите ему... чтобы он прост... простил меня. --

Она остановилась и еще чаще стала дышать, но не плакала.

-- Да... я скажу ему, -- говорил Пьер, но... -- Он не знал, что

сказать.

Наташа видимо испугалась той мысли, которая могла притти Пьеру.

-- Нет, я знаю, что все кончено, -- сказала она поспешно. -- Нет, это

не может быть никогда. Меня мучает только зло, которое я ему сделала.

Скажите только ему, что я прошу его простить, простить, простить меня за

все... -- Она затряслась всем телом и села на стул.

Еще никогда не испытанное чувство жалости переполнило душу Пьера.

-- Я скажу ему, я все еще раз скажу ему, -- сказал Пьер; -- но... я бы

желал знать одно...

"Что знать?" спросил взгляд Наташи.

-- Я бы желал знать, любили ли вы... -- Пьер не знал как назвать

Анатоля и покраснел при мысли о нем, -- любили ли вы этого дурного человека?

-- Не называйте его дурным, -- сказала Наташа. -- Но я ничего -- ничего

не знаю... -- Она опять заплакала.

И еще больше чувство жалости, нежности и любви охватило Пьера. Он

слышал как под очками его текли слезы и надеялся, что их не заметят.

-- Не будем больше говорить, мой друг, -- сказал Пьер.

Так странно вдруг для Наташи показался этот его кроткий, нежный,

задушевный голос.

-- Не будем говорить, мой друг, я все скажу ему; но об одном прошу вас

-- считайте меня своим другом, и ежели вам нужна помощь, совет, просто нужно

будет излить свою душу кому-нибудь -- не теперь, а когда у вас ясно будет в

душе -- вспомните обо мне. -- Он взял и поцеловал ее руку. -- Я счастлив

буду, ежели в состоянии буду... -- Пьер смутился.

-- Не говорите со мной так: я не стою этого! -- вскрикнула Наташа и

хотела уйти из комнаты, но Пьер удержал ее за руку. Он знал, что ему нужно

что-то еще сказать ей. Но когда он сказал это, он удивился сам своим словам.

-- Перестаньте, перестаньте, вся жизнь впереди для вас, -- сказал он

ей.

-- Для меня? Нет! Для меня все пропало, -- сказала она со стыдом и



самоунижением.

-- Все пропало? -- повторил он. -- Ежели бы я был не я, а красивейший,

умнейший и лучший человек в мире, и был бы свободен, я бы сию минуту на

коленях просил руки и любви вашей.

Наташа в первый раз после многих дней заплакала слезами благодарности и

умиления и взглянув на Пьера вышла из комнаты.

Пьер тоже вслед за нею почти выбежал в переднюю, удерживая слезы

умиления и счастья, давившие его горло, не попадая в рукава надел шубу и сел

в сани.

-- Теперь куда прикажете? -- спросил кучер.



"Куда? спросил себя Пьер. Куда же можно ехать теперь? Неужели в клуб

или гости?" Все люди казались так жалки, так бедны в сравнении с тем

чувством умиления и любви, которое он испытывал; в сравнении с тем

размягченным, благодарным взглядом, которым она последний раз из-за слез

взглянула на него.

-- Домой, -- сказал Пьер, несмотря на десять градусов мороза распахивая

медвежью шубу на своей широкой, радостно-дышавшей груди.

Было морозно и ясно. Над грязными, полутемными улицами, над черными

крышами стояло темное, звездное небо. Пьер, только глядя на небо, не

чувствовал оскорбительной низости всего земного в сравнении с высотою, на

которой находилась его душа. При въезде на Арбатскую площадь, огромное

пространство звездного темного неба открылось глазам Пьера. Почти в середине

этого неба над Пречистенским бульваром, окруженная, обсыпанная со всех

сторон звездами, но отличаясь от всех близостью к земле, белым светом, и

длинным, поднятым кверху хвостом, стояла огромная яркая комета 1812-го года,

та самая комета, которая предвещала, как говорили, всякие ужасы и конец

света. Но в Пьере светлая звезда эта с длинным лучистым хвостом не

возбуждала никакого страшного чувства. Напротив Пьер радостно, мокрыми от

слез глазами, смотрел на эту светлую звезду, которая, как будто, с

невыразимой быстротой пролетев неизмеримые пространства по параболической

линии, вдруг, как вонзившаяся стрела в землю, влепилась тут в одно избранное

ею место, на черном небе, и остановилась, энергично подняв кверху хвост,

светясь и играя своим белым светом между бесчисленными другими, мерцающими

звездами. Пьеру казалось, что эта звезда вполне отвечала тому, что было в

его расцветшей к новой жизни, размягченной и ободренной душе.
ПЕЧАТНЫЕ ВАРИАНТЫ
В основу текста второго тома "Войны и мира" положен текст издания

"Сочинений гр. Л. Н. Толстого" 1886 г. Сравнение текста второго тома в этом

издании с другими изданиями привело к заключению, что второй том издания

1886 г. в общем является перепечаткой текста первого издания "Войны и мира"

1868 г. Между тем последней "авторской волей" в отношении текста "Войны и

мира следует считать второе издание 1868 г. и третье издание 1873 г. Поэтому

мы сочли необходимым во второй том, приняв за основу текст издания 1886 г.,

внести большое количество стилистических поправок по второму изданию 1868 г.

и третьему изданию 1873 г., всякий раз оговаривая эти отступления в печатных

вариантах.

Как и в первом томе, в число вариантов не включались:

1) различия в форме собственных имен: Nicolas -- Николай -- Николенька;

Андреевич -- Андреич; Безухов -- Безухий, что оправдывается

непоследовательным и случайным употреблением их у автора. Впрочем, мы сочли

нужным отметить попытку в руссифицированном издании 1873 г. заменить Элен --

Еленой, выдержанную на протяжении двух глав (бал у Нарышкиных).

2) Очевидные опечатки разных изданий; но если опечатки касались

основного текста 1886 г., то отмечалось, из каких изданий взята поправка.

3) Мелкие случаи грамматических и орфографических разногласий, в виду

трудности решить, имеем мы перед собой авторское или корректорское чтение

или просто недосмотр. Таковы случаи: пред -- перед, что ж -- что же, скорей

-- скорее, пожалуста -- пожалуйста, о нем -- об нем.

4) Различные способы передачи картавости Денисова, неодинаковые в

отдельных томах; мы держались во всех томах того, как передано это

произношение в издании 1886 года, мирясь в отдельных случаях с eго

непоследовательностью.


Примечания




[(сноска 1)] Он очень мил, но не имеет пола,

[(сноска 2)] нарушить запрет,

[(сноска 3)] желчь и прилив к мозгу. Успокойтесь, я завтра

зайду,


[(сноска 4)] Герцог Ольденбургский переносит свое несчастие с

замечательной силой воли и покорностью судьбе,



[(сноска 5)] Мой милый, с нашими 500-ми тысячами войска легко,

кажется, выражаться хорошим слогом



[(сноска 6)] Он очень к ней внимателен.

[(сноска 7)] надо быть меланхоличным. И он очень меланхоличен

с m-elle Карагин,



[(сноска 8)] Право?

[(сноска 9)] Сельские деревья, ваши темные сучья стряхивают на

меня мрак и меланхолию.



[(сноска 10)] Смерть спасительна и смерть спокойна; О! против

страданий нет другого убежища,



[(сноска 11)] Есть что-то бесконечно обворожительное в улыбке

меланхолии,



[(сноска 12)] Это луч света в тени, оттенок между печалью и

отчаянием, который указывает на возможность утешения.



[(сноска 13)] Ядовитая пища слишком чувствительной души,

Ты, без которой счастье было бы для меня невозможно,

Нежная меланхолия, о, приди, меня утешить,

Приди, утиши муки моего мрачного уединения

И присоедини тайную сладость

К этим слезам, которых я чувствую течение.



[(сноска 14)] Она все так же прелестна и меланхолична, эта

милая Жюли.



[(сноска 15)] Мой милый, я знаю из верных источников, что

князь Василий присылает своего сына в Москву, для того чтобы женить его на

Жюли.

[(сноска 16)] Натали, твои волосы,

[(сноска 17)] [Персианин Долохов,]

[(сноска 18)] Очень мила!

[(сноска 19)] Неправда ли, Дюпор восхитителен?

[(сноска 20)] О, да,

[(сноска 21)] хорошенькие женщины,

[(сноска 22)] Вы будете самая хорошенькая. Поезжайте, милая

графиня, и в залог дайте мне этот цветок.



[(сноска 23)] обожаю девочек:

[(сноска 24)] девочке,

[(сноска 25)] О, моя прелестная!

[(сноска 26)] Очаровательна!

[(сноска 27)] [из газа цвета металла,]

[(сноска 28)] Он сходит с ума, но сходит с ума от любви к вам,

моя милая.



[(сноска 29)] [моя прелесть!]

[(сноска 30)] Из того, что вы любите кого-нибудь, моя

прелестная, никак не следует жить монашенкой. Даже если вы невеста, я

уверена, что ваш жених предпочел бы, чтобы вы в его отсутствии выезжали в

свет, чем погибали со скуки.



[(сноска 31)] [важная барыня,]

[(сноска 32)] [Восхитительно, божественно, чудесно!]

[(сноска 33)] [обворожительна]

[(сноска 34)] Одно слово, только одно, ради Бога.

[(сноска 35)] [Дорогая княжна,]

[(сноска 36)] О! Какая ножка, мой друг, какой взгляд! Богиня!!

[(сноска 37)] Если вы позволите себе в моей гостиной,

[(сноска 38)] Не бойтесь, я насилия не употреблю,

[(сноска 39)] как честный человек

[(сноска 40)] итти по стопам этого господина
1   ...   73   74   75   76   77   78   79   80   81


База данных защищена авторским правом ©refedu.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница