Личность в кризисе занятости: стратегии и механизмы преодоления кризиса



страница3/5
Дата29.04.2016
Размер0.7 Mb.
1   2   3   4   5

Третья глава («Психология преодоления кризиса: теоретико-методологический аспект») включает параграфы, посвящённые проблемам совладающего поведения, активности личности в связи с преодолением кризиса, самоорганизации личности в кризисе.

Анализ работ, посвящённых совладающему поведению (В.А. Абабков, Л.И. Анцыферова, Ф.Е. Василюк, Ч. Голаган, Т.Л. Крюкова, Р. Лазарус, А. Либин, А. Либина, Л. Мерфи, Р. Мосс, К. Муздыбаев, К.С. Нартова-Бочавер, Д. Паркер, Л. Перлин, М. Перре, С. Фолкмен, Б. Хоустон, Д. Шеффер, К. Шулер, Н. Эндлер и др.), создал основу для вывода, что понятие совладания, несомненно, важно для интерпретации преодоления индивидуального кризиса, однако его использование в исследовании ограничивается следующими обстоятельствами. Во-первых, совладание имеет адаптивный характер, направлено на восстановление равновесия со средой и самим собою, хотя новая социальная ситуация занятости очень часто не похожа на предыдущую разрушенную ситуацию, не всегда приводит к благополучному исходу, поэтому её конструирование не может выступать простым восстановлением равновесия. Во-вторых, индивидуальный кризис занятости является частью жизненного пути личности, поэтому для анализа его преодоления требуются понятия, соотносимые не с отдельными ситуациями, а с жизнью в целом. Понятие совладания полезно и продуктивно, но оно носит в большей степени ситуативный характер, диапазон его действия уже, чем жизненный путь.

Обобщение работ К.А. Абульхановой, Б.Г. Ананьева, Л.И. Анцыферовой, А.Г. Асмолова, В.А. Брушлинского, А.А. Волочкова, И.А. Джидарьян, А.Н. Леонтьева, М.И. Лисиной, А.М. Матюшкина, В.А. Петровского, С.Л. Рубинштейна, В.Л. Хайкина и др. позволил выделить преобразовательный аспект активности как один из важнейших. Переход с философско-психологического и общетеоретического уровня рассуждений на уровень конкретного анализа в области кризисных явлений убеждает, что в их современных психологических интерпретациях процессам порождения и преобразования отводится центральное место, поэтому преодоление личностью кризисов может быть раскрыто как преобразовательная активность, которая реализуется во внутреннем и внешнем планах, направлена как на обстоятельства, так и на самого человека.

В третьей главе осуществлён поиск теоретико-методологических оснований, опираясь на которые, можно было бы соотносить характеристики личности, характеристики преобразовательной активности, результаты преодоления жизненных кризисов. К этим основаниям относятся положения функционально-динамического подхода К.А. Абульхановой (1999, 2003) о том, что личность – это функциональная система, а активность – функционально-динамическое качество личности, а также положение динамического подхода Л.И. Анцыферовой, согласно которому личность выступает «живой подвижной системной целостностью, которая развёртывает, изменяет, преобразует и развивает себя в социально значимой совокупности деятельности, реализующей многообразные общественные отношения» (1989; с. 16). К.А. Абульханова выделяет следующие существенные проявления активности: инициативно-притязательные и ответственно-саморегулятивные механизмы, а также коммуникативную характеристику. Для нас важно, что эти характеристики могут проявляться как идеально, так и практически – через организацию пространства взаимодействия личности с миром.

Другим теоретико-методологическим основанием выступает представление о бытии личности как воплощении субъективного в объективном (В.В. Знаков, 2003, З.И. Рябикина, 2003, 2005). Обращение к понятию бытия личности позволяет рассматривать конкретные соотношения субъективных феноменов и объективных обстоятельств жизни, которые успешно или неуспешно согласовываются и творятся преобразовательной внешней и внутренней активностью субъекта.

В совокупности названные подходы означают, что характеристикам активности и её результатам могут быть поставлены в соответствие характеристики личности как их «потенциальная реальность». Иными словами, личность рассматривается через активность, которая разворачивается в процессе жизни, «вбирает» в себя и преобразует её противоречия и кризисы. Само же преодоление кризиса есть вид преобразовательной активности личности.

Теоретический анализ подвёл нас к необходимости найти понятие, которое содержательно конкретизирует преобразовательную активность личности в индивидуальном кризисе занятости и шире по своему содержанию совладания. Представления о личности как субъекте жизненного пути (С.Л. Рубинштейн, К.А. Абульханова), организующем пространство жизни, позволили остановиться на понятии самоорганизации личности. Данный термин довольно часто применяются в современной литературе по психологии личности и субъекта, но при этом содержание самоорганизации редко конкретизируется и детально прорабатывается.

Дискуссии и опыт применения принципов теории самоорганизации в психологии и смежных науках (А.К. Белоусова, В.Е. Клочко, А.В. Клочко, В.В. Козлов, В.Н. Костюк, А.А. Митькин, А.О. Прохоров, Г. Хакен и др.) позволяют заключить, что понятие самоорганизации не имеет однозначного толкования и существует принципиальная возможность разных моделей самоорганизации. С нашей точки зрения, оно обозначает процесс, начинающийся с момента разрушения привычной социальной ситуации занятости и появления ситуации неопределённости, таящей в себе альтернативные пути развития. Содержание процесса состоит в разрешении противоречий между личностью и внешними условиями за счёт формирования направления выхода из неопределённой, кризисной ситуации, инициирования различных видов активности, их структурирования и переструктурирования, осознания своих возможностей, поиска, привлечения и использования внутренних и внешних ресурсов. Она имеет конструктивный или деструктивный характер в зависимости от достигаемых результатов (жизненных новообразований). В самоорганизации проявляется субъектное начало человека, решающего задачу восхождения от наличного к желаемому или должному. Самоорганизация является одним из психологических механизмов бытия личности. Она шире совладания и психической саморегуляции, включает в себя как адаптивные, так и надситуативные и творческие формы активности, как самопреобразование личности, так и преобразование внешних условий жизнедеятельности.

В третьей главе выделяются дополнительные предпосылки психологического моделирования преодоления ИКЗ и делается вывод, что преодоление ИКЗ нужно рассматривать в качестве системного объекта, то есть: с точки зрения структуры (выделение уровней, аспектов и их взаимосвязей); с точки зрения детерминирующих факторов; с точки зрения развития, изменения факторов и их взаимосвязей.

В четвёртой главе («Маршрутная модель преодоления ненормативного индивидуального кризиса занятости») раскрывается структурный аспект преодоления кризиса через введение понятия «стратегия самоорганизации личности» и построение маршрутной модели преодоления безработицы.

Под стратегией самоорганизации личности понимается более или менее устойчивая линия поведения после потери работы, которая варьирует у разных людей по своей социально-экономической направленности, длительности, психологическому содержанию (т.е. используемым внутренним и внешним средствам), успешности. В процессе самоорганизации можно вновь обрести работу или вообще отказаться от её поиска, поддерживать достаточно высокий уровень самоуважения за счёт тех или иных свойств характера, коммуникаций с близкими людьми и т.п. или впасть в уныние и депрессию. Процесс самоорганизации личности социально и экономически структурирован, т.е. реализуется в рамках тех возможностей, которые предоставляются человеку рынком труда, господствующей идеологией, текущими жизненными, в том числе семейными, обстоятельствами. Структурными элементами стратегии самоорганизации личности в ситуации безработицы выступают социальные маршруты поведения на рынке труда, трудовое сознание, способы решения проблем, вызванных безработицей.

Социальные маршруты поведения характеризуют общую направленность самоорганизации, в них отражаются внешние (социально-экономические) возможности и ограничения для личности. Маршруты поведения включают: перемещение безработного к работодателям; перемещение к организациям, оказывающим социальные услуги на рынке труда (это могут быть учреждения Федеральной службы занятости населения, учебные заведения, общественные организации); альтернативный стиль жизни (сюда относятся домашнее хозяйствование, приобретение статуса самостоятельного работника, фермера и т.п.).

Трудовое сознание является связующим звеном между внешними социальными регуляторами и ситуативными действиями людей на рынке труда. Данное понятие выступает теоретическим инструментом, который позволяет фиксировать сложно организованные формы психической активности личности в сфере занятости. В методологическом плане его использование помогает реализовать принцип рассмотрения психики в связи с типами сред, раскрыть проблему взаимодействия психологических и социально-экономических феноменов в изменяющемся обществе и тем самым более полно развернуть такую базовую характеристику сознания, как его субъект-объектная дифференциация. В нашем исследовании трудовое сознание рассматривается через проекты занятости, которые включают эмоционально-оценочные, рефлексивные и мотивационные компоненты. Они операционализировались с помощью специальных шкал, измеряющих переживание и оценку трудностей после потери работы, рефлексию (выводы) по результатам своих попыток преодолеть трудности, планы дальнейшего поведения. Данные шкалы использовались в анкетном опросе безработных.

Эмпирически было выделено (использовался кластерный анализ собранного массива данных) 8 типов проектов занятости: неразборчивость, уход в семью, общественно-политическая активность, профессиональная мобильность, предпринимательство, социальное иждивенчество, приверженность специальности, гедонизм. Проекты занятости характеризуют содержательно-целевой аспект индивидуальной самоорганизации.

Способы решения проблем, вызванных безработицей, фиксируют системы внешних и внутренних действий, которые используются безработными для преобразования трудной ситуации и своего отношения к ней. Способы решения проблем связаны с проектами занятости, но не перекрываются ими, поскольку являются более ситуативными, прикладными образованиями, имеют поведенческие компоненты. Они включены в формирование и реализацию проектов, когда субъекту, выбравшему тот или иной маршрут поведения, приходится согласовывать свои наличные ресурсы с реальными возможностями и ограничениями.

Эмпирически было выделено (использовалась процедура качественного анализа транскриптов индивидуальных интервью и видеозаписей фокус-групп) 7 групп способов решения проблем в ситуации безработицы: защитное, избегающее поведение (уход в воспоминания, избегание предложений, пассивные рентные отношения с государством), хаотичный поиск, поиск в условиях недостаточной информированности, продуктивное иждивенчество (активные рентные отношения с государством, делегирование ответственности за свою судьбу ближним), активное и целенаправленное использование ресурсов своей межличностной сети (планомерная “инвентаризация” связей, внутрисемейная консолидация, создание и/или поддержание референтного круга общения, использование окружения в качестве заказчиков и потребителей своих услуг и продукции, репутационное трудоустройство), действенная конкретизация образа Я, своих планов и оценок происходящего (осознание и активное использование индивидуальных ресурсов, опредмечивание, конкретизация своих желаний, планов, умений, накопление поискового опыта, накопление ресурсов через переобучение), достраивание контекста текущей жизненной ситуации (отношение к трудной ситуации как совокупности шансов, поиск и поддержание "нужных" связей, способность видеть множество сфер приложения своих сил. Способы решения проблем дополняют друг друга и могут присутствовать в поведении одного и того же человека. Они характеризуют инструментальный аспект самоорганизации в индивидуальном кризисе занятости.

В совокупности социальные маршруты, проекты занятости и способы решения проблем образуют маршрутную модель преодоления безработицы, которая отражает степень взаимного вероятностного соответствия выделенных компонентов, имеет графическое выражение. Модель объясняет многообразие психологических проявлений безработицы и может использоваться в качестве инструмента её психологической интерпретации.



В пятой главе «Факторно-динамическая модель преодоления ненормативного индивидуального кризиса занятости» раскрывается детерминационный и динамический аспекты преодоления безработицы. Модель включает три группы компонентов. Первую группу образуют исходные мотивационные, рефлексивные, социально-сетевые, а также социально-демографические характеристики личности, с которыми она вступает в ситуацию безработицы. Вторую группу образуют процессуальные характеристики личности, формирующиеся в самой ситуации безработицы и отражающие в своём содержании мотивационные, рефлексивные и социально-сетевые аспекты самоорганизации личности. Третью группу компонентов образуют результатные характеристики преодоления; они делятся на объективные (трудоустройство или иные варианты социальной мобильности) и субъективные (тот или иной уровень психологического благополучия). Взаимодействие исходных и процессуальных характеристик с результатными характеристиками образует механизм преодоления личностью ситуации безработицы.

Для проведения исследования факторно-динамического аспекта преодоления ИКЗ были разработаны русскоязычные версии и прошли психометрическую проверку опросники ASQ М. Селигмена и SSQSR И. Сарасона с соавт. Получены данные об их внутренней и ретестовой надёжности, конструктной, критериальной и эмпирической валидности. Также был разработан опросник «Самоорганизация в ситуации безработицы», направленный на измерение процессуальных факторов преодоления безработицы. ССБ включает четыре шкалы: продуманный поиск работы, расширение социальных связей, альтернативная активность, ориентация на пособие и два самостоятельных пункта: хаотичный поиск работы и доступность помощи со стороны родственников. Получены данные о его внутренней и ретестовой надёжности, конструктной, критериальной и эмпирической валидности.

Эмпирическое исследование факторно-динамической модели было осуществлено в рамках двух организационных схем, которые дополняют друг друга и в совокупности охватывают годичный интервал времени. Предметом статистического и содержательного анализа стали связи между переменными в системе «исходные характеристики личности – процессуальные характеристики личности – результаты преодоления кризиса».

В рамках первой схемы (получение работником извещения об увольнении – пребывание в ситуации безработицы в течение шести месяцев – трудоустройство или продолжение безработицы) было установлено, что механизм преодоления включает сложный комплекс психологических и социально-демографических переменных: наличие планов по поводу поиска работы и участия в общественно-политических движениях, ценность общественного признания и материальной обеспеченности, суммарный позитивный атрибутивный стиль, продуманный поиск работы во время безработицы, общий стаж работы, стаж работы на данном предприятии, возраст, наличие высшего образования, размер семьи. Выделенные переменные значимо дифференцируют (вероятность ошибки от p < 0,05 до p < 0,005) трудоустроившихся и нетрудоустроившихся респондентов. Если сравнить обобщённые образы успешных и неуспешных респондентов, то первые потенциально более мобильны и социально активны и при этом менее притязательны, более оптимистичны (успехи приписывают себе, рассматривают их как постоянные и универсальные). Они склонны к продумыванию своих действий и анализу возможностей во время кризиса.

Наиболее сильное направленное влияние на преодоление безработицы оказывают (использовались методы множественной логистической регрессии и множественной линейной регрессии):

- по критерию трудоустройства - позитивный атрибутивный стиль личности (рефлексивная характеристика) (значение коэффициента регрессии b = 0,466, p = 0,032);

- по критерию удовлетворённости жизнью – размер семьи (значение коэффициента регрессии  = 0,368, p = 0,024);

- по критерию общей самоэффективности надёжных оснований для выделения детерминирующей переменной не выделено.

Таким образом, в преодолении безработицы в течение первых шести месяцев после увольнения принимают участие как исходные, так и процессуальные факторы, как психологические, так и социально-демографические переменные. Среди психологических переменных роль рефлексивных характеристик личности оказывается более высокой, чем мотивационных и социально-сетевых.

Также отметим, что объективные и субъективные результаты преодоления образуют хорошо согласованный между собой комплекс переменных по истечении первых шести месяцев безработицы (коэффициенты корреляции значимы с вероятностью ошибки от p = 0,03 до p = 0,001). Это свидетельствует о внутренне противоречивом характере преодоления безработицы.

В рамках второй организационной схемы (пребывание в ситуации безработицы в течение шести месяцев – трудоустройство или продолжение безработицы по истечении ещё шести месяцев) механизм преодоления включает в основном психологические переменные: отсутствие намерения получать пособие, более низкую приверженность своей специальности, более низкий негативный атрибутивный стиль, отсутствие склонности к расширению социальных связей в период безработицы, отсутствие склонности к хаотичному поиску работы и одну социальную переменную - членство в клубах и общественных объединениях. Выделенные переменные значимо дифференцируют (вероятность ошибки от p < 0,04 до p < 0,001) трудоустроившихся и нетрудоустроившихся респолндентов. К значимым психологическим переменным также относится наличие устойчивой и реалистичной веры в социальную поддержку, которая базируется на накопленных в предшествующий период жизни социальных ресурсах, социальной прагматичности (способность быть своевременным при использовании социальных ресурсов).

Наиболее сильное направленное влияние на преодоление безработицы оказывают:

- по критерию трудоустройства - отсутствие намерения получать пособие (мотивационная характеристика) (значение коэффициента регрессии b = 1,962, p = 0,018), отсутствие склонности к хаотичному поиску работы (процессуальная рефлексивно-мотивационная характеристика) (значение коэффициента регрессии b = 0,924, p = 0,024);

- по критерию удовлетворённости жизнью – членство в клубах, общественных объединениях (значение коэффициента регрессии  = 0,388, p = 0,006).

- по критерию общей самоэффективности надёжных оснований для выделения детерминирующей переменной не выделено.

По истечении года после потери работы объективные и субъективные результаты преодоления перестают быть согласованным комплексом переменных (трудоустройство тесно связано только с уровнем общей удовлетворённости жизнью – вероятность ошибки p = 0,001, но не связано с уровнем общей самоэффективности, а два субъективных параметра коррелируют между собой лишь на уровне тенденции). Этот результат объясняет, почему после длительной безработицы наблюдаются выраженные негативные эффекты последействия. Личности приходится прилагать дополнительные усилия для координации объективных и субъективных параметров своей жизненной ситуации.

Сопоставление факторов и механизмов преодоления ненормативного ИКЗ в рамках двух организационных схем позволяет сделать заключение, что в первые полгода безработицы более значимы рефлексивные характеристики личности. В течение последующих шести месяцев повышается значение мотивационных и социально-сетевых характеристик, а психологические факторы становятся относительно более значимыми, чем социально-демографические.

И в первые полгода, и во вторые полгода после потери работы не зафиксирована связь между значимыми исходными и процессуальными характеристиками личности, что свидетельствует о формировании и актуализации в период кризисной ситуации специфических видов активности, влияющих на результаты преодоления. Динамика этих активностей отражает особенности самоорганизации личности. В первые полгода преодоление безработицы в большей степени зависит от конструктивных процессов (продуманный поиск работы), во вторые полгода – от отсутствия неконструктивных процессов (расширение социальных связей, хаотичный поиск работы). Особо следует сказать о негативной роли хаотичного поиска работы. Если в первые полгода безработицы он отрицательно связан только с итоговым уровнем общей удовлетворённости жизнью (p < 0,05), то во вторые полгода этот вид активности отрицательно коррелирует и с общей удовлетворённостью жизнью (p < 0,05), и с общей самоэффективностью (p < 0,05), и оказывает прямое отрицательное влияние на прагматический результат (трудоустройство). Иными словами, импульсивные, непродуманные действия в кризисной ситуации крайне нежелательны, особенно по мере застревания в кризисе.

Обобщая, мы могли бы сказать, что гипотеза эмпирического исследования о механизме преодоления индивидуального кризиса занятости (на примере безработицы) подтвердилась. Выявлены содержательные связи между исходными и процессуальными характеристиками личности и результатами преодоления ИКЗ. Зафиксирована динамика механизма преодоления на разных стадиях ИКЗ. В проведённом исследовании личность предстаёт функционально-динамической открытой системой, реализующей свои потенции и самоорганизующейся в новых жизненных условиях. Преодоление ненормативного индивидуального кризиса занятости в значительной мере является результатом её преобразовательной активности. Новая жизненная ситуация, появляющаяся как результат преодоления ИКЗ, строится по «законам» психологических характеристик личности.

В шестой главе («Особенности прохождения и преодоления нормативного и ненормативного индивидуального кризиса занятости») проверяется не только гипотеза о содержании механизма преодоления ИКЗ (в данном случае – нормативного), но также гипотеза о психологических различиях между нормативным и ненормативным ИКЗ. Используются данные выпускников вузов, у которых кризис начинается при окончании профессионального учебного заведения, и взрослых работников, получивших уведомление о сокращении и оказавшихся вскоре без работы (используется выборка, проанализированная в предыдущей главе в рамках первой организационной схемы). В рамках проверки второй гипотезы анализируются особенности предкритической и посткритической фаз нормативного и ненормативного кризиса, а также процессы самоорганизации безработных выпускников и взрослых безработных.

Исследование позволило выявить, что предкритические фазы нормативного и ненормативного ИКЗ имеют сходство по параметрам неопределённости жизненных перспектив и уровня общей самоэффективности (последний сильно отличается от нормативных показателей – для выпускников с вероятностью ошибки p = 0,00001, для взрослых работников с вероятностью ошибки p = 0,0001).

Различия между группами связаны с показателями общей удовлетворённостью жизнью (у выпускников она существенно выше) и отношением к разрушению текущей социальной ситуации занятости – взрослые работники рассматривают предстоящее увольнение как нарушение психологического контракта между ними и работодателями, а для выпускников вузов предстоящий выход на свобобдный рынок труда – закономерный результат обучения в вузе.

Механизм преодоления нормативного ИКЗ (на примере выпускников вузов) включает психологические и социально-демографические переменные: приверженность ценности «личное достоинство и само­уважение», выраженность реалистических и исследовательских профессиональных предпочтений (по Д. Холланду), пол, место проживания, имеющиеся материальные ресурсы. Эти характеристики значимо дифференцируют (вероятность ошибки от p < 0,04 до p < 0,003) трудоустроившихся и нетрудоустроившихся выпускников и коррелируют с достигнутым статусом занятости. Однако, как показал регрессионный анализ, они не являются значимыми предикторами ни по одному из критериев преодоления, а сами критерии предстают достаточно разрозненными показателями (только между трудоустройством и уровнем общей удовлетворённости жизнью зафиксирована тесная связь – вероятность ошибки р = 0,01).

Сопоставление полученных результатов с факторами и механизмом преодоления ненормативного ИКЗ свидетельствует о том, что типы кризисов отличаются друг от друга. Для нормативного ИКЗ предикторы трудоустройства и психологического благополучия не выделяются, значение психологических переменных в целом ниже и они имеют другое содержание (все – мотивационные). Для ненормативного ИКЗ и предикторы выделяются, и значение психологических переменных выше, и они разнообразнее по составу (включают как мотивационные, так и рефлексивные). Выявленные различия следует объяснять большей вариативностью индивидуальных жизненных линий взрослых людей, которые в большей степени зависят от личностно-психологических факторов. Данный вывод хорошо согласуется с положениями всевозрастного развития человека (П. Балтес с соавт., 1999).

Способы самоорганизации в ИКЗ среди безработных выпускников вузов и взрослых работников, не сумевших трудоустроиться, существенно отличаются по параметрам продуманного поиска работы (p = 0,00004), расширения социальных связей (p = 0,006), доступности помощи со стороны родственников (p = 0,01).

Оказалось, что преодоление индивидуального кризиса занятости (трудоустройство) не сопровождается какими-либо отличиями в психологическом благополучии молодых и зрелых людей. Если же произошло застревание в безработице (непреодоление ИКЗ), то для взрослых этот результат – психологически более затратный, особенно по критерию общей самоэффективности (отличие от выпускников значимо с вероятностью ошибки p = 0,002). Иными словами, по истечении шести месяцев после увольнения взрослые безработные оказываются психологически более уязвимыми, чем безработные молодые специалисты. Частично выявленное отличие объясняется особенностями прохождения ИКЗ – взрослые меньше продумывают поиск работы, более хаотичны и, следовательно, в меньшей степени осуществляют субъективный контроль над ситуацией, меньше уверены в своей способности справляться с проблемами. Сюда же следует добавить разницу в ожиданиях окружающих – членов семьи, знакомых, которые могут по-разному оценивать пребывание без работы молодых специалистов и взрослых людей и тем самым влиять на их психологическое самочувствие.

Обобщая полученные результаты, можно утверждать, что эмпирическая гипотеза о различиях нормативного и ненормативного типов ИКЗ подтвердилась. Поскольку данные типы кризисов отличаются по предпосылкам (завершение стадии профессионального развития – закрытие предприятия), непосредственному источнику (первый выход на рынок труда – потеря работы), психологическим симптомам предкритической фазы, механизмам преодоления (включая способы самоорганизации в кризисе), структурированности критериев преодоления, психологической цене непреодоления, мы можем говорить о валидности: во-первых, самого понятия ИКЗ и схемы его анализа; во-вторых, предложенной концепции механизма преодоления ИКЗ; в-третьих, разработанного методического инструментария. Данное обобщение свидетельствует о том, что понятие ИКЗ способно репрезентировать психологические особенности жизненного пути личности в его критические, переломные моменты и, тем самым, выполнять функцию теоретического инструмента в научных исследованиях.


1   2   3   4   5


База данных защищена авторским правом ©refedu.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница