Личностная самореализация военнослужащих-женщин в военно-социальной среде



Скачать 188.97 Kb.
Дата28.06.2016
Размер188.97 Kb.


Рыков С.Л., зав.кафедрой гендерного образования

Современной гуманитарной академии, доктор педагогических наук
Личностная самореализация военнослужащих-женщин

в военно-социальной среде
Анализ социальных процессов в современном обществе показывает, что место и роль женщин в социальных институтах радикально меняется в сторону расширения сфер их самореализации. Это касается и Вооруженных Сил России, в составе которых служат уже более 500 тыс. женщин, что равно населению таких крупных областных городов как Курск, Мурманск или Иваново. Процесс феминизации армии усиливается и в связи с тем, что в молодежной среде среди подростков еще достаточно сильно ощущаются следы 10-летия «демократизации» нашей страны, когда такое проявление патриотических чувств как служба в армии считалось «слабостью» и «неумением решить проблемы». Место молодых уклонистов сейчас занимают женщины. Что же заставляет женщин идти в армию? Каковы мотивы их военно-профессиональной ориентации? Проведенный анализ поступления на военную службу женщин показал, что основными элементами их мотивации являются следующие (см. диаграмму 1).



Диаграмма 1. Мотивы поступления на военную службу женщин


  1. - возможность получить жилье – 3 %

  2. - более ранний выход на пенсию в 45 лет – 7 %

  3. - возможность устройства личной жизни (замужество) – 12 %

  4. - бесплатное медицинское обеспечение – 7 %

  5. - относительно высокое денежное содержание и льготы – 13 %

  6. - чувство долга перед Отечеством – 4 %

  7. - возможность самореализации себя как личности – 27 %

  8. - возможность трудоустройства - 19 %

  9. - возможность служебной карьеры – 8 %

Если говорить о женщинах-офицерах, то структура их профессиональной занятости представлена в таблице 1. В таблице представлены основные офицерские профессии российских женщин в погонах. Всего же женщины могут служить в отечественных Вооруженных Силах по 112 специальностям.


Таблица 1

Профессиональный состав женщин-офицеров

Министерства обороны Российской Федерации





N

п/п


Профиль военно-профессиональной

деятельности



В % от общего количества всех женщин-офицеров

1.

Медицинская служба

74,7 %

2.

Военные переводчики

11,3 %

3.

Войска связи

8,7 %

4.

Финансовая служба

3,8 %

5.

Преподаватели и научные работники

1,5 %

Целенаправленное исследование ценностно-мотивационной сферы военнослужащих-женщин по возрастному признаку показало ее выраженную динамику (см. таблицу 2). Как видно из таблицы, для большинства представительниц старшего поколения работа и семья являются главными ценностями жизни. Для женщин 25-30 лет приоритетными жизненными ценностями являются друзья и деньги. При этом, 37 % военнослужащих-женщин до 30 лет с достаточно высоким уровнем образования выразили большую по сравнению с женщинами 30-45 лет (12 %) неудовлетворенность малосодержательным характе­ром их профессиональной деятельности, не позволяющей развиваться личностно и профессионально.


Таблица 2

Ценностные ориентации военнослужащих-женщин по возрастному признаку

(в % от опрошенных)







Возрастные группы

Ценности жизни




Семья
Работа
Друзья
Свободное

время
Деньги
Здоровье
До 25 лет



11

2

21

9

42

5

25-30 лет



30

13

11

7

21

18

30-35 лет



32

15

10

6

16

21

35-40 лет



33

14

8

4

18

23

Кроме того, выявлено, что ценностные ориентации у военнослужащих-женщин более динамичны, чем у их коллег-мужчин, и они подвержены влиянию «волнового закона ценностных идеалов»: в различные периоды жизни и при различных условиях деятельности эти ориентации более активно детерминируются фазами «вызревания», «актуализации», «кульминации», «затухания» и «нейтрализации»1.



Исторический экскурс.

Анализ участия женщин в воинских формированиях различных обще­ственных систем показывает, что «ткань истории женщин соткана не менее плотно, чем ткань истории мужчин»2. Традиция участия женщин в воинских формированиях государств имеет давнюю традицию и не является феноменом XXI века. Участие женщин в делах армий мира эволюционизировало в ходе нескольких исторических этапов, трансформируясь от гетеризма 3 «походных подруг» в рабовладельческом обществе, материально-бытового обеспечения «обозных женщин» в феодальном обществе, частичного участия в профессиональной воинской деятельности в ходе индустриального (капиталистического) этапа к позициям эгалитарного подхода4 к военно-профессиональной деятельности в современных условиях5. Документально установлено, что в древнем Китае отряды женщин охраняли императора.6 Применительно к европейским армиям начальный период участия женщин в военных походах можно отнести к временам Пелопонесской ( 431-404 гг. до н.э.) и Коринфской (395-387 гг. до н.э.) войн.. Уже в IV веке до н.э. в Афинах и Спарте женщины присутствовали в вооруженных формированиях греческих войск



Участие женщин в военных конфликтах.

Проблема «женщина на войне» является одной из наименее изученной и противоречивой по методологической постановке в отечественной науке. Исходя из этого, научно-теоретический и методологический анализ профессиональной самореализации военнослужащих-женщин в районе боевых действий мы проводили на основе трех основных теорий: теории малых групп (Р.Л.Кричевский), теории гендерной идентичности (З.Фрейд) и теории гендерно-ролевой сегрегации1 (Ш.Берн).

Сам по себе вопрос профессиональной самореализации женщин в период войн и военных конфликтов ставился достаточно давно. В греческой культуре мы находим первые факты научной постановки гендерных проблем воинской деятельности. Так, Платон отмечал важность присутствия на поле брани близких по духу для мужчин женщин как средство психологической поддержки: на глазах у любимых, утверждал Платон, воин будет неспособен отступить, проявить малодушие и тем более покинуть поле сражение2. Он также обосновывал необходимость дифференцированного подхода к учету природных задатков человека в общественно-полезной деятельности независимо от принадлежности пола: «А разве иная женщина не имеет способностей к ... военному делу, тогда как другая совсем не воинственна?»3. Исходя их этого, Платон не только допускает, но и считает необходимым совместную воинскую деятельность мужчин и женщин, чтобы «они вместе стояли на страже государства, раз они на это способны»4.

В письменных источниках древних цивилизаций Греции, Индии и Рима упоминается о том, что у кельтов, германцев, сарматов и иных индоевропейских народов женщины не только выполняли функции материально-бытового и сексу­ального сопровождения, но и непосредственно участвовали в боевых действиях, оказывая целенаправленное морально-психологическое воздействие на воинов-мужчин. Некоторые из них даже возглавляли воинские формирования. В работе «О происхождении германцев и местоположении Германии» отмечается, что «не­однократно дрогнувшему и пришедшему в смятение войску не давали рассеяться женщины». 5 Римский историк Тацит (ок. 58-ок.117) в «Анналах» описывает кельтское войско, противостоящее римлянам. В его составе было много женщин. И это настолько сильно потрясло римских солдат, что они, впервые встретившись с женщинами в бою, «словно окаменев, подставляли свои неподвижные тела под сыплющиеся на них удары».6 Кроме того, нахождение во время военных походов мужчин их жен по мнению Томаса Мора являлось «предпосылкой высокой боеспособности армии».7 На аналогичную тенденцию указывали и при ведении оборонительных боев: «Во время осады женатые солдаты выглядят более предпочтительно и готовы выполнять обязанности более тщательно, нежели холостяки», - свидетельствовал очевидец военной организации феодальной эпохи.8

У сарматов, населявших Центральную Азию с V в. до н.э. по II-IV вв. до н.э., все молодые девушки были обязаны участвовать в боевых действиях, поскольку «они не могли выходить замуж до тех пор, пока не убьют в бою врага».9

Целенаправленное изучение опыта морально-психологической подготовки советских войск в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. свидетельствует о том, что в целях формирования боевого духа мужчин в ходе боя в состав «мужских» подразделений вводили наиболее подготовленных в боевом отношении женщин, которые своим личным присутствием не позволяли мужчинам проявлять слабость духа. «Фронтовые источники показывают, - отмечает в своем исследовании В.Я.Слепов, - что там, где среди воинов находилась женщина, мужчины вели себя более мужественно и смелее в сложной ситуации боя».1 Ярким примером таких ситуаций может служит факт ввода в состав танкового десанта в тыл врага в 1942 году комсорга батальона Героя Советского Союза М.С.Демидовой, которая лично выбирала добровольцев для опасного рейда.2 Большой воспитательный эффект на мужчин производили также встречи женщин 586-го, 587-го и 588-го авиационных полков с мужчинами-офицерами. «Наша часть ПВО, - вспоминает в этой связи Н.Журавлев, - была по соседству с женским авиаполком Героя Советского Союза М.Расковой. Мы часто с восхищением слушали отважных летчиц и это сильно влияло на нашу дисциплинированность и повышение боевого мастерства».3

Эти и другие факты свидетельствуют о том, что при целенаправленной воспитательной работе по формированию у мужчин уважительного отношения к боевому опыту военнослужащих-женщин в воинских коллективах поддерживается в условиях боя высокое морально-психологическое состояние, позволяющее положительно влиять на ход и исход боевых действий.

Однако история знает достаточно много противников привлечения женщин к военным действиям. Так, Главком вооруженных сил Советской республики И.Вацетис в книге «О военной доктрине будущего» (1923 г.) отмечает: «Мы знаем, что мужской организм после участия в двух-трехлетней войне является сильно ослабленным и в своей дальнейшей работе, как физической, так и умственной, не является уже столь полезным, как то было раньше. Что же будет на войне с женщиной? Выдержит ли вообще женский организм? Не погибнет ли он раньше от болезней и истощения? И не придет ли в полное расстройство вся женская субстанция как таковая?».4 Исходя из этого, он делает вывод: «Будущие войны должны вестись исключительно мужчинами».5

В современных условиях таких позиций придерживается военное руководство израильской армии. С началом боевых действий большинство из 36 тыс. военнослужащих-женщин вооруженного женского корпуса «Хейл нашим» немедленно выводятся из районов соприкосновения с противником. По мнению израильских военных психологов, пленение женщин и их окровавленный вид в случае ранений и травм будет деморализующе влиять на солдат-мужчин.6

Известный военный психолог Н.Коупленд отмечал: «Оружие меняется, а человеческая природа остается неизменной».7 Тем не менее, природа мужчин и женщин достаточно сильно отличается. Исследования американских ученых из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе показали, что женщины в стрессовых ситуациях ведут себя иначе, чем мужчины. В отличии от мужчин, которые впадают в апатию или агрессию, женщины ищут выход из стресса в общении и заботе о близких людях. Разница в моделях стрессового поведения обусловлена, как показывают результаты многолетних исследований, биохимическим составом мужских и женских половых гормонов. Женский гормон окситоцин помогает подавлять стрессовое состояние и помогает найти выход не на уровне внутреннего «самоуничтожения», а во внешнем взаимодействии.8 В этом отличие женской модели самореализации на войне.

Беседа с психологом 50-го мотострелкового полка 42 дивизии, дислоцирующегося на постоянной основе в чеченском п. Шали, майором Валентиной Глуховой показала, что в условиях войны эти различия проявляются более отчетливо. Как подчеркивает Е.С.Сенявская, «женская память охватывает тот материк человеческих чувств на войне, который обычно ускользает от мужского внимания… Если мужчину война захватывала как действие, то женщина сильнее ощущала перегрузки войны – физические и моральные, она труднее переносила «мужской быт войны».1

последние стихи из только что вышедшего сборника стихов «Осенний блюз» Натальи Сауриной, доцента Академии государственной службы при Президенте РФ, посвященные женщинам, воевавшим в Чечне. Вот что она пишет:


Вы прошли чеченское чистилище –


Страшные теперь вам сняться сны.

Не сломала черная вас Силища.

Наш поклон вам, Женщины войны.
Как показали результаты включенного наблюдения в октябре-ноябре 2001 г. за действиями 42 военнослужащих-женщин 59-го армейского корпуса в Чеченской республике (пос. Шали и Аргун) в экстремальных условиях профессиональной деятельности, состояние «фрустрации-безысходности» наиболее характерны для 37 % женщин, находящихся на этапе профессиональной адаптации, а «фрустрации-агрессии» - для 42 % женщин, находящихся на этапе профессионального становления и самоутверждения. Более опытные военнослужащие-женщины (стаж военной службы более 10 лет) ориентируются в сложной обстановке более осознанно и спокойно. Особенно те, кто уже был ранее в районах боевых действий (опыт Таджикистана, Абхазии, первой чеченской кампании 1996 г.)
Есть сторонники и противники нахождения женщины на войне. Сторонники говорят о том, что никто не может запретить женщинам защищать свою землю с оружием в руках и стремление самореализоваться в военной среде. Противники говорят о том, что «женщина и война – взаимоисключающие, противоестественные сознанию и предназначению женщин понятия». Французский философ XVIII в. Кабанис утверждал, что «едва ли тот, кто действительно любит женщин, будет особенно доволен, видя их марширующими под ружьем»2.

Этой же позиции придерживается и Е.С.Сенявская, являющаяся одной из наиболее известных специалистов по этой проблеме. «В сущности, то, что пришлось увидеть, пережить и делать на войне женщине, - отмечает она в своей книге, - было чудовищным противоречие ее женскому естеству».3 Надо признать, что каждая сторона в этом сопоставлении мнений по-своему права. Но количество женщин в районе боевых действий зависит не от этих мнений, а от самих женщин, решивших оказаться на войне по разным причинам.

Можем ли мы говорить о том, что воинская среда гендерно маркирует профес­сиональное пространство преимущественно женской деятельности? Ответ на этот во­прос, как показал проведенный научно-теоретический анализ, правомерно искать в рамках теории половой категоризации,4 синтезирующей различные подходы к формиро­ванию и развитию половой социализации. Основные выводы этой теории сводятся к тому, что гендерное поведение личности в рамках «жизненного сценария» (Э.Берн) зависит от следования как ведущим гендерным типовым образцам и идеа­лам, так и корпоративным ценностям ближайшего социального и профессионального окружения1.

Как известно мужчины и женщины мыслят различными категориями. Это обусловлено особенностями физиологии и ассиметрией в работе полушарий головного мозга2. Однако преувеличивать эти различия я бы не стал. Как подчеркивает Ш.Уильямс, «женского ума как такового не существует. Мозг – это не половой орган. С тем же успехом можно говорить о женской печени»3.

В каких профессиональных ролях представлены военнослужащие-женщины в районах боевых действий? Понятно, что это, прежде всего, медицинские, тыловые, финансовые должности. Но меня заинтересовал вопрос: за что получают государственные награды женщины в Чечне? Если отбросить награды «фавориткам», которые часто даже не выезжают из штабов, то получается довольно интересная картина. В августе-сентябре 2001 г. мне удалось провести целенаправленный анализ наградных документов, представленных в Главное управление кадров МО РФ на военнослужащих-женщин, принимавших участие в 2000 г. в боевых действиях на территории Чеченской Республики. Этот анализ показал, что 86 % из них награждены «за личное мужество и отвагу при защите Отечества» медалями Суворова и Жукова. Медалью «За отвагу» награждены 5 женщин, что соответствует статусу этой государственной награды (награждают только тех, кто проявил «личное мужество и отвагу в бою». Орденом Мужества «за мужество, отвагу и самоотверженность» отмечена только одна женщина – ст.прапорщик 67-го корпуса Л.С.Магомедсаидова. Медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» различных степеней – 1,5 % всех награжденных женщин. Это свидетельствует о том, что непосредственное участие в боевых действиях с прямым соприкосновением с противником принимают не более 1,2 % военнослужащих-женщин из разведывательных и десантно-штурмовых батальонов, женщины-снайперы и медицинские сестры, выезжающие с подразделениями «зачистки» в населенные пункты республики.

Индивидуальные беседы с психологами 625-го Центра психологической поддержки и реабилитации Северо-Кавказского военного округа показали, что женщины снимают боевые психологические стрессы по иному, чем мужчины. Если для мужчин несколько рюмок водки после дня боевой работы – естественное явление, то женщины стараются снять накопившиеся в боевой обстановке стрессы по-своему: общением, слезами, мечтами о любви, доме и близких, письмами. В письмах домой сержанта медицинской службы Ирины Яниной из бригады внутренних войск (г.Калач-на-Дону) - море нерастраченной любви и нежности, желания жить, растить детей. Она погибла 31 августа 1999 г. в Дагестане в районе села Карамахи, когда вытаскивала из горящего БТРа 7 раненых солдат. Кроме И. Яниной в Чечне погибло 8 женщин: начальник аптеки прапорщик Р.Сагитова в г.Грозном 3 июня 1996 г., фельдшер 801-й отдельной роты связи и радиотехнического обеспечения вертолетного полка сержант Ю.Овчинникова (3 октября 1996 г.) и другие.

Если говорить о том, насколько сегодня женщины активны в районах боевых действий, то можно обратиться к женщинам ВВС США. Они сейчас активно участвуют в боевых вылетах на Афганистан. Так в составе летных экипажей на базе Ханабат в Узбекистане, куда переброшено в октябре 2001 г. 20 американских самолетов-истребителей, находятся 2 женщины-пилота. Причем это не обслуживающий персонал, а именно летчики-истребители. Их специально не отбирали для войны в Афганистане, они входят в штат переброшенных авиваэскадрилий.



Были ли еще в мире женщины, чье мужество и массовый героизм сродни нашим героиням из женских авиационных полков? Надо признать, что единичные случаи были. В гитлеровской Германии такой была только одна женщина. Ее звали Ханна Райч, летчик-ас, капитан люфтваффе, фанатично преданная идеям фашизма. Она получила две высших награды третьего рейха - железные кресты 1-й и 2-й степени - лично из рук Гитлера и была его любимицей в немецкой авиации. Именно она первой подняла в небо опытную модель реактивного истребителя Ме-329, а также ракетный перехватчик Липпиша. В 1943 г. под руководством ракетного конструктора фон Брауна и главного «террориста» III рейха Отто Скорценни Ханна Райч в качестве пилота проводила воздушные испытания пилотируемых ФАУ-снарядов с далеко идущими планами – бомбардировка небоскребов Нью-Йорка. Инструктировал ее лично Гитлер.1 После успешно проведенных испытаний она была единственной женщиной – летчиком-истребителем среди фашистских асов на Восточном фронте. 26 апреля 1945 года именно она прорвалась в воздушном бою в уже окруженный советскими войсками Берлин и доставила в ставку Гитлера нового Главнокомандующего военно-воздушными силами вермахта генерал-фельдмаршала Р. фон Грайма после предательства Г.Геринга. На обратный рейс к подводной лодке, ожидавшей в одном из портов Балтики, в качестве пассажира должен был лететь сам Гитлер, но он, как известно, в последний момент предпочел принять смерть в Берлине.

Мне хотелось бы обратиться в своем докладе к чрезвычайно этически-тонкой и одновременно важной проблеме сексуальных взаимоотношений мужчин и женщин в районе боевых действий. Сделать вид, что этой проблемы не существует, значит позволить себе скатиться на ханжеские позиции необъективного гендерного анализа исследуемой проблемы, цена которых достаточно часто – человеческая жизнь или здоровье.

«Против природы не пойдешь», - гласит народная мудрость. И то, что в период войны половые отношения между мужчинами и женщинами продолжаются, также естественно, как и сохраняющиеся потребности в еде, сне, воде. Как известно, сексуальная потребность относится к числу базовых потребностей человека. А в условиях войны накапливаемые стрессовые ситуации требуют своего выхода, «снятия» напряжения (в том числе и полового).

Беседы с психологами 50-го и 70-го полков 59-го армейского корпуса, воюющего в Чечне, показали, что женщина, оказавшись в районе боевых действий, стремиться избавиться от многочисленных сексуальных домогательств мужчин и потенциальных венерических заболеваний преимущественно одним путем: выбором постоянного полового партнера. В большинстве случаев – это офицеры или прапорщики. Если отношения формируются на долговременной основе, то они, как правило, не осуждаются ни мужчинами, ни женщинами. Могут только завидовать. Более раскрепощенные отношения в этом смысле среди женского медицинского персонала. Думается, это является одним из психологических механизмов снятия барьеров переутомления и стрессовых состояний, которыми в большом количестве изобилует в военно-медицинской сфере на войне. Как говорят сами женщины, воевавшие в Чечне, отсутствие уединенных мест не является препятствием для «утоления сексуального голода». Многие мужчины остаются на ночь в женских палатках, совершенно не испытывая стыда от присутствия других женщин.

Однако существуют и рецедивы. Невысокий уровень культуры определенной части мужского контингента (особенно контрактников), употребление спиртных напитков, ведет к ситуациям, когда ведущими мотивами полового поведения становятся необузданные инстинкты. Так, участница Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. связистка В.С.Ерохина подтверждая этот тезис, приводит свидетельства доведения женщин сексуальными преследованиями до самоубийства1. Фронтовик Ю.П.Крымский также приводит факты, когда «за изнасилования военнослужащих-женщин офицеров отдавали под суд, отправляли в штрафные роты, а иногда даже расстреливали»2.

Времена проходят, а человеческая природа не меняется. В сентябре 2001 г. одна из военнослужащих-женщин, чья воинская часть находилась на постоянной основе в Чечне, покончила жизни самоубийством после группового изнасилования солдатами-контрактниками. Причем ни командир части, ни офицеры-воспитатели не предприняли никаких мер для психологической реабилитации потерпевшей, ограничившись лишь тем, что выставили у ее палатки часового с оружием. Это свидетельствует о том, что проблема гендерного общения в условиях войн и военных конфликтов чрезвычайно сложна и многогранна.



Думается, что целевые междисциплинарные исследования по этой проблеме могли бы уменьшить количество «белых пятен» и с объективных научных позиций объяснить многие феномены гендерного взаимодействия в экстремальных ситуациях военно-профессиональной деятельности.


1 См.: Вовченко О.М. Ценностные ориентации современной молодой женщины: Автореф. дис. … канд. филос.наук. – М: Институт молодежи, 1991. – С.12; Чернова И.И. Социальное восприятие духовных ценностей современными женщинами: Дис. … канд.социол.наук. – М.: АОН, 1991. – С.76; Рыбцова Л.Л. Теоретико-методологические подходы к анализу ценностных ориентаций женщин // Российская женщина: пять лет спустя… Екатеринбург, 1999. – С.7; Ремизов В.А. Ценностно-мировоззренческий анализ культуры личности: Дис. … д-ра культурологии. – М., 2000. – С.13.

2 Бок Г. История, история женщин, история полов // Хрестоматия по курсу «Основы гендерных исследований». – М.: МЦГИ, 2000. – С.295.

3 Гетеры – буквально в переводе с греческого «подруга» - специально образованные и обученные культуре общения незамужние женщины, выполняющие наряду с сексуальной функцией семейно-бытовые и духовно-рекреативные обязанности, в том числе и в ходе военных походов.

4 Эгалитаризм (от франц. еgalite – равенство ) – совокупность взглядов , отражающих равенство мужчин и женщин в определении условий и специфики социальной и профессиональной самореализации и развития личности.

5 См.: Понуждаев Э.А. Феминизация общества и армии: сущность, содержание, социальный механизм. – Монино: ВВА им. Ю.А.Гагарина, 1999. – С.131.

6 Великанова М. Хранительницы тел // Московский комсомолец. – 2000. – 30 сентября. – С.7.

1 Под гендерно-ролевой сегрегацией понимается распределение социальных ролей по половому признаку.

2 См.: Платон. Избр. диалоги. – М., 1965. – С.130.

3 Платон. Государство // Соч.: В 3 т. – М.: Мысль,1971. – Т.3. – Ч.1 - С.251.

4 Там же. –С.252.

5 Тацит Корнелий. О происхождении германцев и местоположении Германии // Соч.: В 2т. – Т.1. – Л.: Наука, 1969. - С.357.

6 Тацит Корнелий. Анналы // Указ.соч. – Т.1. – С.265.

7 Мор Т. Утопия // Утопический роман XVI-XVII веков. – М. : Худ. литература, 1971. – С.123.

8 См.: Понуждаев Э.А. Социально-философские проблемы адаптации женщины к военно-авиационной деятельности: Метод. пос. – Монино,1994. – С.10.

9 См.: The New Encyclopedia Britannica .Vol.18. – Chicago: Univ. Of Chicago, 1988. P.691.

1 См.: Слепов В.Я. Воспитание у советских воинов коммунистического отношения к женщине: Дис. … канд пед. наук. – М.: ВПА, 1966. – С.43.

2 Там же.

3 Там же. – С.39.

4 Вацетис И. О военной доктрине будущего. – М., 1923. - С.135.

5 Там же. – С.136.

6 См.: Зарубежное военное обозрение. – 2000. - № 9. – С.62; Кондрашов А. Ранение на четвертый бюст // Аргументы и факты – 2001. - № 10.

7 Коупленд Н. Психология и солдат. – М., 1960 – С.37.

8 Валентинов А. Стресс по-женски // Вечерний Ростов. – 2000. – 3 июля. – С.3

1 Сенявская Е.С. Женщины на войне: феномен XX века // Психология войны в XX веке. Исторический опыт России. – М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999. – С.

2 Цит. по: Женщина, жизнь и любовь: Афоризмы, мысли и изречения великих людей / Сост.М.Шевляков. – М.: ТЕРРА, 1999. – С.193.

3 Сенявская Е.С. Женщины на войне: феномен XX века // Психология войны в XX веке. Исторический опыт России. – М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 1999. – С.165.

4 См.: Кон И.С. Психология половых различий // Вопросы психологии. – 1981. - № 2. – С.50.

1 См.: Кон И.С. Половые различия и дифференциация социальных ролей // Соотношение биологического и социального в человеке: Материалы к симпозиуму / Отв. Ред. В.М.Банщиков, Б.Ф.Ломов. – М., 1975. – С.763-776.

2 См.: Бианки В.Л., Филиппова Е.Б. Ассиметрия мозга и пол. – СПб., 1997; Кимура Д. Половые различия и организация мозга // В мире науки. – 1992. - № 11. – С.23-27; Реброва Н.Л. Психофизиологические особенности мужчин и женщин: Матер. межд. научной конференции «Гендерные исследования в гуманитарных науках: современные подходы. – Иваново, 2000. – С.45-49.

3 Развитие гендера и социальные подходы к нему // Гэри Ф.Келли. Основы современной сексологии / Пер с англ. – СПб.: Издательство «Питер», 2000. – С.192.

1 См. более подр.: Черкашин Н. Операция «Пасториус» // Совершенно секретно. – 2001. - № 10 (октябрь). – С.36.


1 См.: Не женское это дело – война // Комсомольская правда. – 2000. – 14 апреля. – С.6.

2 Ключников А. Любовь на фронте // Аргументы и факты. – 2000. - № 19.



База данных защищена авторским правом ©refedu.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница