Политическая социология



Скачать 245.89 Kb.
Дата01.05.2016
Размер245.89 Kb.



Золотарева Е.В. Политическая социология в системе социальных наук…

Политическая социология




ПОЛИТИЧЕСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ В СИСТЕМЕ

СОЦИАЛЬНЫХ НАУК

ЭВОЛЮЦИЯ МЕТОДОЛОГИЧЕСКИХ ПРИНЦИПОВ
Е.В. Золотарева
Кафедра политических наук

Российский университет дружбы народов


ул. Миклухо-Маклая, 6, 117298, Москва, Россия
Политическая социология является одной из старейших и в то же время постоянно обновляющихся областей обществознания, в центре внимания которой находятся проблемы, связанные с изменением и преобразованием мира в котором мы живем. В поле зрения политической социологии находятся социальные действия, политические институты и структуры, нормы, регулирующие поведение в политическом сообществе, их социальная значимость и эффективность. Совершенствование нормативного регулирования социальных и политических процессов рассматривается как условие поддержания и воспроизводства социального порядка.

Амелиоризм, прагматизм, демократическая ориентация сближают политическую социологию и с социологией, и с политической наукой. Политическая социология, так же как и общая социология, ориентирована на выражение интересов большинства, в первую очередь, социально обездоленного и незащищенного. Подобно политической науке, политическая социология рассматривает вопросы эффективности принимаемых политических решений. Образно говоря, политическая социология позволяет увидеть социальное в политике и политику в социальном.

Если актуальность и значимость исследуемых политической социологией проблем и тем не вызывает сомнения, то ее дисциплинарный статус, место и роль в системе обществознания – проблематична и дискуссионна и отражает как логику эволюции самого социологического знания, так и специфику социального контекста - идеологических предпочтений и политических ориентаций профессиональных социологов и политологов.

Родоначальник современной социологии – О. Конт – рассматривал социологию как позитивное политическое знание или «позитивную философию», которое он противопоставлял традиционной политической философии, покоящейся на ненаучных, метафизических основаниях. Он полагал, что цель социологии заключается в «служении руководством для полного преобразования Западной Европы». Первоначально, следуя логике, сложившейся еще со времени античности в европейской традиции, раздел наук об обществе О. Конт также именует политической наукой. В первом варианте классификации наук, предложенной им в 1822 г., дается следующее перечисление основных направлений научного знания: астрономия, физика, химия, физиология, политическая наука. Но в 1852 г. в отредактированной им же классификации место «политической науки» занимает «социология». По мнению французского социолога Д. Кола, «в этом смысле, выбор термина «социология» в противовес термину «политическая наука» может означать разрыв с этим наследием, утверждение позитивной научности данной дисциплины» [11,с.6.].

Появление нового термина маркирует разрыв исторической преемственности и в обществознании, и в общественном самосознании. Предпочтение нового термина взамен традиционного является демонстрацией не только интеллектуальной инновационности, но и глубинных, тектонических исторических сдвигов в самом обществе, вызванных Великой французской революцией. На смену «теологическому» и «метафизическому» веку идет век «позитивный». «Позитивизм, – по словам Конта, – по существу слагается из философии и политики, которые по необходимости нераздельны, как образующие одна основание, а другая – цель единой универсальной системы, где разум и общественность находятся в тесном сочетании» [12,с.50.].

Социология, основанная на позитивистской парадигме, ориентирует исследователя на открытие «законов социальной жизни», но не тех законов, которые устанавливаются законодателями, и которые выполняются или оспариваются политиками, а законов, которые имеют более глубинную и фундаментальную природу, порождаются динамикой самих обществ, разделением труда, социальной дифференциацией и различными видами социальной солидарности. Она актуальна для всех обществ, вставших на путь модернизации, т.к. легитимирует смену социальных порядков, отказ от нормативно – ценностных основ традиционного общества во имя научных, более совершенных, позитивных законов, позволяющих сформировать новый, более справедливый порядок.

Позитивистская модель познания обладает приоритетом, поскольку она ориентирует на создание доказательной, научной, «позитивной» теории, опирающейся на научные методы исследования. Предметом нового знания должны стать законы существования и развития общества, складывающиеся в процессе взаимодействия людей, исследование причин, а не скрытых целей или ценностей. Непредвзятое изучение общественной жизни рассматривается как главная задача нового направления. Широкое распространение получает представление о том, что социология может исследовать естественные законы, управляющие поведением людей, точно так же биология изучает законы, регулирующие поведение животных.

Позитивизм основывался на трех фундаментальных посылках:

– во-первых, на вере в тождественность социальных и природных явлений. Предполагалось что социальные явления, с точки зрения любой аналитической задачи, качественно те же, что и природные явления;

– во-вторых, на вере в то, что естественно – научные методы анализа применимы и в социологии;

– в-третьих, на ориентации социологии на выработку системы в высшей степени обобщенных, эмпирически обоснованных теоретических положений, которая должна стать основой для прогнозирования социальных явлений.

Научное исследование стало трактоваться как «систематическое, контролируемое, эмпирическое и критическое исследование гипотетических утверждений о предполагаемых отношениях между различными явлениями» [15,с.24.].

Основной функцией закона является установление связи событий или структуры, т.е. научное объяснение или предсказание явлений и процессов [8,с.17.]. Поскольку общий закон как термин в естествознании синонимичен терминам «гипотеза универсальной формы» или «универсальная гипотеза», социально – политическое исследование, претендующее на научность, должно носить гипотетический характер. Гипотеза должна быть сформу­лирована так, чтобы ее можно было подтвердить или опровер­гнуть, т.е. чтобы ключевые положения социологической теории были доступны для проверки методами эмпирического исследования. Так, например, к гипотезе можно отнести предположение о причинной связи между такими двумя группами фактов как «принадлежность к определенно­му социальному классу» и «общественно-политической пози­цией», между «уровнем индустриализации» и «уровнем политической активности» и т.д. А. Токвиль, исследуя французское общество в канун революции, одним из первых сформулировал гипотезу о связи между «политической нестабильностью» и «распределе­нием собственности».

Особую значимость для социологического исследования приобретает метод наблюдения, трактуемый как собирание, тщательное описание и объяснение фактов с целью выявления устойчивых, повторяющихся связей между явлениями. С этой целью на подготовительном этапе социологического анализа осуществляется репрезентация объекта исследования с помощью таких процедур как концептуализация, операционализация и квантификация понятий. Понятия, являясь инструментами построения теории, должны фиксировать те явления и процессы, которые поддаются эмпирическому наблюдению: голосование, акты неповиновения, военные действия и т.д.

Концептуализация проблемы предполагает определение понятий, выражающих наиболее существенные аспекты изучаемой проблемы: социальные движения, политические реформы, электоральный процесс и т.д. Преобразование относительно абстрактных теоретических понятий в более конкретные термины осуществляется посредством процедуры операционализации. Например, изучение социального движения в Великобритании, Франции или Германии может быть представлено такими переменными как «стратегии», которые могу ранжироваться как «политическое лоббирование», «мирные демонстрации», «силовые действия», «неформальные движения» и т.д. Социологические «переменные» и процедуры операционализации и измерения стали важными строительными блоками теории. Поэтому для исследования политического процесса, отвечающего критериям научного подхода, необходимо репрезентировать исследуемый объект в точном соответствии с нормативными требованиями научности.

Во – первых, необходимо выбрать единицы анализа. К единицам анализа относят те объекты исследования, на которые собираются данные. Ими могут быть отдельные люди, страны, электоральные системы, социальные движения и т.д.

Во - вторых, сформулировать гипотетическое суждение относительно объекта исследования в виде каузальной связи между переменными. Переменные – это понятия, значение которых меняется в пределах данной группы единиц анализа. Например, доход, партийная идентификация, склонность к участию в протестных движениях. Кроме того, предполагается, что кроме различных значений, которыми обладают переменные, они могут быть зависимыми и независимыми. Зависимые переменные – это те переменные, которые исследователь пытается объяснить. Независимые переменные (каузальные или экспланадиум) - это те переменные, которые объясняют. Различие между независимыми и зависимыми переменными в значительной степени определяется спецификой вопросов, которые ставит исследователь в своем исследовательском проекте и спецификой теории, которая берется на вооружение.

Например, если темой исследования является выявление причин политической нестабильности, то в качестве зависимой переменной может выступать голосование за левые партии, военный переворот, революции или демократические реформы. Независимые переменные в этих случаях будут представлены социальным классом, экономическим кризисом, соревнованием элит. Процедура операционализации предполагает установление значения переменных для каждой единицы анализа, которое может быть выражено в виде числа, устного суждения, высказывания или быть представлено визуально в виде диаграмм и таблиц.

Примером успешного применения социологических методов анализа к исследованию революционного процесса может служить работа Т. Скоспол «Государство и социальные революции» (1979г.), в которой она анализирует революции в трех странах – Франции, России и Китае. В данном гипотетическом исследовании в качестве «примеров» или «частных случаев» выступают страны, единицами анализа – движения, переменными – стратегии, а предметом наблюдения является значение переменных - стратегий данных движений в конкретных странах. Эксперимент в социологическом исследовании часто заменяется историко – сравнительным анализом. Некоторые социологи полагают, что сравнение является универсальным методом исследо­вания в социальных науках, заслуживающим внимания не только тех, кто занимается исследованием различных госу­дарств. Об этом писал еще Э.Дюркгейм в своей работе «Принципы социологического метода».

Позитивистская исследовательская установка повлияла как на формат социальных теорий, так и на основные структурные блоки. Задала стилистику и форму исследования социума, государства и различных социальных практик. Следует отметить, что далеко не все теории (теоретические суждения) поддаются эмпирическому исследованию. Отличие научной теории от ненаучной или от доктрины заключается в отказе от абстрактных и умозрительных суждений об обществе или от суждений, апеллирующих к сверхчувственному опыту и не поддающихся эмпирической проверке.

Позитивистская методология способствовала переносу из естествознания классификационных схем, аналитических моделей и типологий. В основании позитивистской методологии лежало сформировавшееся еще в XVII в. убеждение в том, что существуют однозначно интерпретируемые правила, следуя которым можно прийти к общезначимому результату исследования, что только один путь ведет к истине, все остальные ведут к заблуждению. Непредвзятое изучение общественной жизни рассматривается как главная задача нового направления. Привлекательность декларированных методов и целей способствовала тому, что социология со временем приняла вид обширной области знания, имеющей довольно сложную структуру. «Социология, – по словам Э.Гидденса, - это изучение общественной жизни человека, изучение групп и обществ. Это ослепительное и захватывающее предприятие, чьим предметом является поведение людей как социальных существ. Поле деятельности социологии чрезвычайно широко, от анализа случайных столкновений индивидов на улице до исследования глобальных социальных процессов» [9,с.24.].

В структуре социологического знания стало принято выделять общие, специальные и отраслевые теории. Общие социологические теории - общественных формаций К.Маркса, теория социального действия М. Вебера, структурно-функциональная теория Т. Парсонса, теория обмена П. Блау, теория "многомерной социологии" Д. Александера и др. претендуют на описание и объяснение жизни общества в целом. В социологии, как и в других науках, например, в физике, биологии, психологии, существует мно­жество конкурирующих между собой общих теорий. По своему статусу они близки к той или иной социологической па­радигме. Наряду с общими, социологическое знание включает в себя специальные социологические теории, изу­чающие социальные законы и закономерности функционирования и раз­вития социальных общностей, т.е. то, что образует непосредственно предмет социологии и связано с категориями "социальное": "социальные отношения", "социальное взаимодействие", "социальная сфера".

Отраслевыми называют теории, формирующиеся на стыке социологии с други­ми науками: экономикой, политологией, этнографией, науковедением и т.д. Эти теории изучают формы проявления и механизмы действия социальных законов и закономерностей в различ­ных сферах жизни общества. Их объектом, в отличие от общих теорий, является не общество в целом, а отдельные его части: экономика, политика, право и т.д. Они опосредуют связь социологии с другими науками. Основой их различения служит объект исследования, что и отражается в названии той социологической дисциплины, к которой они относятся: экономическая социология, политическая социология, социология права, социология семьи, социология знания, этносоциология и т.д.

Отраслевые теории изучают различные сферы общественной жизни с точки зрения существующих в них социальных отношений, используя при этом специфические социологические категории: социальная группа, социальный институт, социальная организация и др. Термин "социология" в названии указанных дисциплин отражает особый подход к изучению соответствующих сфер жизни общества, обусловленный предметом и методом социологии.

Деление теорий на общие и отраслевые дает возможность провести различие между общей и отраслевой социологией по объекту - общество в целом и его части, либо по типу теорий - общие служат основанием для формирования социологической парадигмы, а отрас­левые образуют пограничный пояс на стыке социологии с другими науками. Кроме того, общая социология как правило является фундаментальной и теоретической, тогда как отраслевая социология, хотя и не исключает научной ориентации и теоретического уровня, чаще всего носит эмпирический и прикладной характер.

С позиции данного подхода, политическая социология является одной из отраслей социологии общей. Как и любая отраслевая теория, политическая социология использует концептуальный аппарат общих и спе­циальных социологических теорий и может описывать свой объект как группу, деятельность или институт. Например, политическая социология позволяет рассматривать политические партии или государство как большие социальные группы, характеризующиеся своей особой структурой статусов и ролей (групповой подход), определенным набором видов деятельности (деятельностный подход) и специфической совокупностью норм и ценностей, регулирующей (организующей) ее функционирование и разви­тие (институциональный подход).

Если исходить из представления о политической науке как учении, о способах достижения и использования власти, а также о механизмах ее распределения в обществе, то можно предположить, что политологи занимаются, глав­ным образом, деятельностью правительств, политических партий, групп, свя­занных общими интересами, а также изучением поведения избирателей. Например, специалисты в области политической социологии могли бы попытаться выяснить, почему члены тех или иных первичных групп, как правило, голосуют за одних и тех же кандидатов. По мере экспансии социологических позитивистских методов и принципов исследования в различные области и сферы социальной жизни, в том числе и политику, политическая наука под именем политической социологии трансформируется в один из разделов или субдисциплин социологии общей. Подобный взгляд на политическую социологию имеет давнюю историю и был широко распространен в конце Х1Х - начале ХХ века.

А. И. Стронин, автор работы «Политика как наука» (1872), которую можно назвать первым собственно политико-социологическим произведением в России, разграничивает в социологии политики «теоретическую науку» и «практическое искусство». Кроме того, социология политики подразделяется им на при­кладную (практическое искусство) и фундаментальную теорию. В соответствии с этим он строит свою работу: ее первая часть посвящена теоретическому обоснова­нию модели и общему структурированию политического процесса, а вторая носит вполне современное прикладное название – «Политическая диагностика и прогностика России».

П.А. Сорокин в «Системе социологии» (1920) аналогичным образом разделяет социологию на теоретическую (фундаментальную) социологию и прикладную, определяя последнюю как социальную политику, т.е. опытно-рекомендательную науку и социологическое искусство, являющуюся «прикладной дисциплиной. А полвека спустя американский социолог Н. Смелзер в работе «Социология и другие общественные науки» следующим образом описывает процессы, происходящие в политической науке: «В сравнительно но­вых областях политической науки, свободно объединившихся под эгидой по­веденческого подхода, методы исследования, за незначительными исключе­ниями, почти неотличимы от методов, применяемых в социологии... полито­логи используют тот же методический арсенал для сбора информации, стати­стической обработки данных, их сравнительного анализа, что и социологи» [17,с.128.].

Во второй половине ХХ века академический статус политической социологии получает признание со стороны мирового социологического сообщества. В сентябре 1959г. на международном конгрессе социологов в Стрезе создается комитет по политической социологии. Первым председателем Комитета был американский ученый С. Липсет, а секретарем – норвежец С. Роккан. Начиная с 60–х г.г. политическая социология входит в учебные планы большинства европейских и американских университетов. В России политическая социология как самостоятельная академическая дисциплина получила признание в 90 г.г. на волне демократических реформ.

Существует соблазн видеть в институционализации политической социологии как автономной академической дисциплины завершение процесса диверсификации и систематизации социологического знания, формально закрепившей вторичный и производный характер политического знания от знания социального, в соответствии с исторически сложившейся научной традицией. В действительности, на сегодняшний день место политической социологии в системе обществознания, ее структура и предметная область остаются проблематичными и находятся в фокусе полемики между специалистами как в области политической науки, так и в области социологии. И если одна группа исследователей склонна рассматривать политическую социологию как частную область общей социологии, подобную социологии религии или образования [21], то другая обращает внимание на тот факт, что границы предметной области политической социологии по-прежнему смутны и неопределенны: на многие темы, составляющие корпус этой дисциплины, претендует социология, другие - считает своими политическая наука.

На сегодняшний день наиболее многочисленная, но внутренне неоднородная группа исследователей рассматривает политическую социологию либо как продукт междисциплинарного синтеза социологических и политических знаний, либо как междисциплинарный гибрид, объединяющий смежные субдисциплины – политическую науку и социологию. Социологический подход к исследованию политики ориентирован на исследование политики как средства производства, поддержания или изменения социального порядка. Деятельность правительств, политических партий, движений, социальных групп, электората или бюрократии рассматривается с точки зрения исследования условий формирования и функционирования властных структур в обществе, механизмов влияния и контроля как основы существования социальной организации на различных уровнях, в разных сферах и областях социальной жизни.

Социологическая традиция склонная рассматривать феномен власти и влияния в терминах социального контроля, который является неотъемлемой чертой социальной организации, от отношений в семье - роль отца как главы семьи - до отношений между руководителями и работниками производствнных корпораций - все они с необходимостью включают в себя элементы властных функций, объективированных в своде правил и установлений. Поскольку любая организация предполагает наличие правил, которые регулируют отношения между теми, кто организован, и контроль за их исполнением, то политика повсеместна. Чем выше уровень организации группы, тем более детально прописаны правила: кто, что и как должен делать. И наоборот, чем менее организована группа, тем правила менее детализированы, менее формальны. Нормативное регулирование охватывает большую часть социальной жизни. Правила поведения за столом и в криминальных сообществах, правила поведения граждан, выработанные правительствами и правила детских игр. С установлением норм, возникает и проблемы их формулирования, исполнения и изменения. В этот процесс вовлечены практически все структуры общества. На основе правил устанавливается, кто принимает решения жизненно важные для того или иного сообщества, и почему; кто обладает правом распоряжаться теми или иными ресурсами, в каких случаях и в каком объеме.

Можно сказать, что политика в той мере является средством производства, поддержания или изменения социального порядка, в какой она является нормативной деятельностью.

Более того, есть все основания рассматривать нормотворческий процесс в качестве фундаментальной черты социальной жизни. Правилам не просто подчиняются или не подчиняются. Действие вообще не возможно без правил. Именно наличие правил позволяет нам заниматься многими видами деятельности – от вождения машины, до голосования и игры в футбол. Нормы разнообразны, и можно сказать, что они конституируют социальную жизнь. Р. Даль также отмечал, что политическая система является устойчивым паттерном социальных отношений, которые с необходимостью предполагают известную степень власти и авторитета. Поэтому практически все виды социального взаимодействия политизированы в той мере, в какой взаимоотношения между людьми предполагают нормативное регулирование и опираются на власть и авторитет.

При столь широкой трактовке политического специализированная область общей социологии становится сопоставима по содержательному наполнению и по значимости исследуемых проблем с общей социологией. Как отмечает А.Филиппов, общая социология перерастает политическую социологию по объему, но по-прежнему совпадает с ней в ряде фундаментальных моментов.

Демаркационная линия между сферами публичного дискурса и государственно – административного регулирования задается не научным сообществом, формулирующим предмет исследования, и не логикой развития и разделения научных предметных сфер, а культурно – историческим контекстом и социокультурным многообразием существующих практик, что и закрепляется языковой полисемией и многозначностью понятийного словаря, которым пользуются для описания реальности как профессиональные социологи и политики, так и люди стихийно вовлеченные в политический процесс.

К.Мангейм в работе «Идеология и утопия» исследовал стилистическое многообразие трактовок понятий «политика» и «политическое» в зависимости от идеологической приверженности установок участников политического дискурса. Он обратил внимание на то, что основной тенденцией любого бюрократического мыш­ления является стремление преобразовать проблемы полити­ки в проблемы теории управления. Поэтому большинство не­мецких работ по истории государства, в заглавии которых сто­ит слово «политика», de facto относится к теории управления.

«Органицистский» взгляд на политику присущ теории исторического консерватизма, которая по су­ществу является рефлектированным выражением старых со­словных традиций. Сфера политического рассматривается как чисто иррацио­нальная: согласно сложившемуся представлению, она не может быть создана, но вырастает стихийно.

Трактовка политики как способа рационализации жизненного мира присуща либерально – буржуазному мировоззрению или либерально-демократическому буржуазному мышлению [16,с.102-125.].

Столь же показательна этимологическая антономичность таких базовых для политической социологии понятий как «государство» и «гражданское общество». В западноевропейской культуре вызревание политического смысла термина «государство» - state (англ.), stato (итал.), Etat (франц.) - происходило медленно и постепенно. В ХVIIв. наиболее распространено представление о происхождении термина от латинского stare (оставаться), государство являлось прежде всего держа­вой т.е. несло в себе идею стабильности, постоянства. Именно это смысловое содержание закреплено и российской политической культурой и выражено семантическим рядом – государь, господарь, господин, самодержец. Но с не меньшим основанием этимологическое значение государства можно выводить из латинского термина status, означавшего на языке римской эпохи или средневековья не политическую структуру, а лишь способ существования группы - корпорации или сословия, статус которой был закреплен юридически значимым документом. В настоящее время в европейском политическом сознании слова «estat» или «state» означают правовое государство.

Полисемия основных категорий или базовых концептов политической социологии достаточно рано поставила под вопрос универсальность методологических посылок позитивистского подхода и его универсальную применимость к исследованию как социальных, так и политических явлений и процессов.

Социальный мир конституируется смыслом в процессе интерсубъективного взаимодействия, и в качестве такового экстернализуется участниками этого взаимодействия как реальный и объективно существующий. Первым и основным средством экстернализации и объективации является язык. По словам А. Щюца, «социальный мир – поле наблюдения социолога – не является по сути своей бесструктурным. Для людей, живущих, мыслящих и действующих в этом мире, он имеет свое особое значение и структуру релевантностей. Эти люди еще до появления социологии определенным образом расчленили и осмыслили этот мир при помощи набора обыденных конструктов, детерминирующих их поведение, определяющих цели их деятельности и доступные средства – короче, помогающих им определиться в природном и социокультурном мире с тем, чтобы жить и действовать в согласии с этим миром» [24,с.526.].

Критика позитивистских методов исследования социального мира развивалась не на «пустом месте». В качестве примера достаточно сослаться на опыт Чикагской школы, важной чертой методологического стиля которой, начиная с 20 годов ХХ века, является стремление к точному эмпирическому описанию процесса социальной дезорганизации на индивидуальном и социетальном уровнях. Впервые в истории науки чикагские социологи стали систематически использовать включенное наблюдение, неструктурированное интервью, полевые исследования, личные документы и т. п., применять методы, впоследствие получившие название «качественных методов социологического исследования», ставшие органичной частью интерпретативной научно – исследовательской парадигмы в современном обществознании.

Процедура качественных методов исследования по ряду параметров отличается от процедуры количественных методов исследования, на которых основана «классическая» позитивистская парадигма. Исследование начинается не с проверки гипотезы, а с «погружения» исследователя в имеющийся материал для выявления «смысла» и «значения» исследуемых событий. Концепты, описывающие исследуемое явление, событие или процесс, представлены не в форме отдельных переменных, а в форме тем, мотивов, генерализаций и таксономий. Если классическое исследование оперирует количественными данными, и процедура их измерения предшествует проводимому анализу, а сам анализ предполагает использование статистических данных, таблиц или диаграмм, то в качественных исследованиях данные могут быть представлены в вербальной форме, в виде наглядных образов. От теории, формулируемой на основе качественных методов исследования, не требуется строгого подчинения принципам детерминизма и логике каузальных связей, а анализ направлен на то, чтобы выявить проблематичность в «очевидном» и «генерализировать» и организовать полученные данные в виде целостной убедительной картины, позволяющей осуществить «реконструкцию» событий или процессов с точки зрения их смысловой значимости для самих участников, тем самым способствуя устранению коммуникационных разрывов и напряженностей в социуме.

С появлением качественной методологии позитивизму был противопоставлен феноменологический или гуманистический метод исследования социальной реальности, а методу объяснения – метод интерпретации. Сторонники нового метода утверждали, что отличие социального мира от мира природного намного существеннее, нежели черты сходства с последним. Социальный мир – экзистенциальный продукт человеческой деятельности и в качестве такового обладает внутренней смысловой структурой, которой лишены явления природы. Природный мир не зависит от того, признается ли его существование человеком, тогда как социальный мир вне признания не обладает свойством существования.

Работы П. Бурдье, Н. Лумана, Т. Скоспол, Ю. Хабермаса способствовали утверждению новой научной парадигмы – конструктивистской или интерпретативной, которая отличается от традиционных – позитивистской и неопозитивистской парадигм. Теоретико – методологическая альтернатива, предложенная новой социологической парадигмой, на практике вела к разрушению стройной иерархии социального знания, создававшейся в недрах позитивистского подхода. Современная социология оказалась дифференцированной на множество специальностей. Попытка выработки общих постулатов социологического знания, направленных на воссоздание синкретической теории общества, не увенчалась успехом. В итоге, вырисовывается чрезвычайно мозаичная картина мира, включающая многообразные культуры, идеологии и типы рациональности. Научной рациональности принадлежит в этой картине лишь одно из мест. Корпус социологического знания включает в себя различные предметные области, стили мышления и идеологии. Многие из них несопоставимы друг с другом. В конгломерате, объединенном общим наименованием «социология», сосуществуют наука и идеология, логика и риторика, высокая абстракция и «здравый смысл», опирающийся на житейский опыт [4,с.8.].

Примечательно, что институционализация политической социологии (вторая половина ХХ века) совпадает с началом кризиса и глубоких трансформаций социологии общей. Новые направления социологии – социология повседневной жизни, социология абсурда, рефлективная социология, гуманистическая социология, активно развивавшиеся в этот период (впоследствии объединенные общей рубрикой «феноменологическая социология») оказали несомненное глубокое влияние на изучение политической сферы и актуализировали проблему взаимодействия формальных политических институтов и структур и неформальных, неинституализированных форм политического участия – исследование теневых структур власти, политического лоббизма. Изучение политических установок и влияние политической культуры общества на политические институты и политический процесс становится одним из важнейших разделов политической социологии.

На сегодняшний день политическая социология включает в себя довольно широкий круг исследовательских тем. На основании экспертного опроса среди специалистов в области политической социологии США было установлено, что при существующих разногласиях и многообразии представлений о предмете политической социологии большинство политических социологов склонялось к тому, что главной задачей этой науки является исследование отношений между политикой, властью, обществом и государством, при этом основное внимание должно быть сосредоточено на исследовании таких вопросов как власть, ее структуры, действующие на индивидуальном, групповом, социетальном, региональном, национальном, международном и транснациональном уровнях, и на проблемах исследования институциональных и «экстраинституциональных» или «неконвенциональных» аспектов политики.

Достаточно многочисленной оказалась группа тех, кто полагал, что к области политической социологии следует относить компаративистику – сравнительные исследования. И только немногие полагали, что политическая социология должна сосредоточить свое внимание на изучении элит и на особенности взаимодействия между экономическими, политическими и военными структурами.

Политическая социология все чаще выступает как мультипрадигмальная и междисциплинарная область знания о политике, обществе, власти, а проводимые в ее рамках исследования требуют тесного взаимодействия и координации усилий со специалистами из смежных областей – политической экономии, политической антропологии, политической психологии.

В частности, политическая социология так же как и политическая экономия, исследует взаимодействие экономических и политических институтов общества. Институциональный анализ, получивший широкое распространение во второй половине ХХ века не только в сфере исследования собственно государственно – политических институтов (парламенты, полиция, армия) и отношений, но и при рассмотрении экономических и социокультурных отношений, способствовал расширению предметной области политической социологии.

Прослеживается несомненная связь и взаимовлияние политической психологии и политической социологии. Политическая психология рассматривает субъективное или психологическое измерение политического поведения – политические установки, политическую социализацию, исследуя психологические и социальные переменные, воздействующие на политическое поведение и политическое лидерство.

Исследования, проводимые в рамках политической антропологии по изучению механизмов формирования политического поведения в традиционных обществах, также включены в проблемную область политической социологии. Подобно политической антропологии, политическая социология исследует взаимосвязь между нормативно – ценностными структурами общества и структурами власти, релевантности нормативно – ценностных установок институциональным аспектам политического поведения и т.д.

Широта исследовательского диапазона предполагает владение методиками микро – и макро- уровней социального исследования. Социологический анализ на микроуровне - уровене индивидуальных отношения – позволяет исследовать политическую активность индивидов, посредством изучения общественного мнения, поведения партийных или правительственных элит, активистов политических движений. Социологический анализ на макроуровне фокусирует внимание исследователей на групповом поведении, структурах власти, социальных классах, экономических процессах и взаимоотношениях между национальными государствами.

В научном сообществе отсутствует единство мнений по вопросу о том, какой уровень анализа предпочтительнее. Проблема выбора приоритетов исследования формулируется как проблема «структуры – агентства» в политике. Сторонники исследования политики на микроуровне полагают, что политика складывается из поведения «неструктурированных агентов», то есть из межличностных взаимоотношений. Творцами политики выступают сами люди – «человек действующий» вне зависимости от своего статуса и позиции, занимаемой в обществе в плане близости к институтам власти. Любое целедостижительное действие носит политический характер, особенно если оно инновационно. Тогда как сторонники макроанализа полагают, что политический порядок задается и поддерживается анонимными политическими структурами, которые и определяют модели личностного поведения и ролевые функции человека в политическом процессе.



Можно предположить, что затянувшийся кризис социологии в значительной степени обусловлен и отражает кризис переживаемый мировым сообществом после завершения эры Холодной войны, являющийся предвестником социальных сдвигов по глубине и масштабам не только сопоставимых, но и превосходящих «тектонические сдвиги» ХУ111 века в Европе, а политическая социология является одним из возможных направлений реформирования социального знания на пути к новому междисциплинарному синтезу.


ЛИТЕРАТУРА





  1. Амелин В.М. Политическая социология: Спецкурс. - М., 1993.

  2. Амелин В. Дегтярев А. Социология в России. Под.ред. Ядова В.А. Изд 2. - М., 1998.

  3. Артемов Г.П, Политическая социология. Курс лекций. - СПб., 2000.

  4. Батыгин Г.С. Лекции по методологии социологических исследований. - М., 1995.

  5. Бауман З. Мыслить социологически. - М., 1996.

  6. Будон Р. Место беспорядка. Критика теорий социального изменения. Пер. с франц. - М., 1998.

  7. Бурдье П. Социология политики. - М., 1993.

  8. Гемпель К.Г. Логика объяснения. - М., 1998.

  9. Гидденс Э. Социология. - М., 1999.

  10. Доган М. Пеласси Д. Сравнительная политическая социология. - М., 1994.

  11. Кола Д. Политическая социология. Пер. с франц. - М., 2000.

  12. Конт О. Система позитивной политики. Заподно-европейская социология XIX век. - М., 1998.

  13. Основы политической элитологии : Учеб. пособие для студентов вузов Науч. ред.: Г. К. Ашин - М. : ПРИОР, 1999.

  14. Липсет С. политическая социология // Социология сегодня. Проблемы и перспективы. Скр. пер с англ./ Об. ред. Г.В. Осипова. - М.: «ПРОГРЕСС». 1965.

  15. Мангейм Дж.Б., Рич Р.К. Политология. Методы исследования. – М., 1997.

  16. Манхейм К. Диагноз нашего времени. – М., 1994.

  17. Политическая социология. Отв. Ред Иванов В.Н., Семигин Г.Ю. - М.: ИСПИ РАН. 2000.

  18. Политическая социология. Отв. Ред Сопов Г.П. - Ростов н\Д: Феникс, 2001.

  19. Тернер Дж. Структура социологической теории. - М., 1985.

  20. Турен А. Человек действующий. - М., 1999.

  21. Смелзер Н.-Дж. Социология. - М.,1994.

  22. Сушков И Психология взаимоотношений. М. - Екатеренбург 1999

  23. Шварценберг Р.-Ж. Политическая социология в трех томах. Пер. с фр. - М., 1992.

  24. Щюц А. Формирование понятия и теории в общественных науках. Американская социологическая мысль. - М., 1996.

  25. Blackwell Encyclopedia of Political science. - L.,1990.

  26. Dowse E., Hughes J. A. Political Sociology. - L., 1986.

  27. Huntington, S. Political Order in Changing Societies. - New Haven, 1968.

  28. Lipset S. M. Political Man: The Social Bases of Politics. – Baltimore, 1981.

  29. Lipset S. M. (ed.) Politics and the Social Sciences. - New York, 1969.

  30. Orum A.M. Introduction to Political Sociology. 4th Ed. - N-J.,2001.

  31. The Social Science Encyclopedia. 2-nd ed.// Ed. by Kuper A. & Kuper J. L. – N-Y., 1996. vol 1 – 6.

  32. Kourvetaris G. A. Political sociology : structure and process. - Boston : Allyn and Bacon, 1997.

  33. Neuman W. Sociological research methods: qualitqtive and quantitative approaches. 2002.

  34. Savage M. Political Sociology \\ The Blackwell companion to sociology. Ed. By Kate Nash and Alan Scot. - L.,2002.


POLITICAL SOCIOLOGY IN THE SYSTEM OF SOCIAL SCIENCES

E.V. Zolotareva


The Department of Political Science

Peoples Friendship University of Russia

Miklukho-Maklay str., 6, 117198, Moscow, Russia



The status of Political Sociology as a discipline as well as its position and role in Social Sciences is a topic for debates. It is the legitimization of Sociology as a branch of knowledge, the positivist methodology affirmation and the development of the quantitative and qualitative methods of social studies that influenced the Political Sociology status consolidation. The article covers the major stages of the evolution of Political Sociology as a separate branch of Social Sciences.


База данных защищена авторским правом ©refedu.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница