Политика советского государства в области культуры в период новой экономической политики 1921-1929гг.



Дата01.05.2016
Размер311 Kb.




На правах рукописи
СЕНЕКТУТОВА

Инара Мусаевна
ПОЛИТИКА СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА В ОБЛАСТИ КУЛЬТУРЫ В ПЕРИОД НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ 1921-1929гг. (НА МАТЕРИАЛАХ НИЖНЕГО ПОВОЛЖЬЯ)

Специальность 07.00.02 – Отечественная история




АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Астрахань 2007

Работа выполнена на кафедре истории России исторического факультета Астраханского государственного университета



Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор

Виноградов Сергей Вадимович
Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор,

заслуженный деятель науки

Республики Калмыкия,

заслуженный деятель науки РФ



Убушаев Владимир Бадахаевич

кандидат исторических наук, доцент



Батрашев Даниар Кубашевич
Ведущая организация: Волгоградский государственный педагогический университет
Защита состоится «____» _______________ 2007 года в ____ часов на заседании диссертационного совета КМ.212.009.02 при Астраханском государственном университете по адресу: 414056, г.Астрахань, ул.Татищева, д.20, ауд. ____.
С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Астраханского государственного университета по адресу: 414056, г.Астрахань, ул.Татищева, д.20а.

Автореферат разослан «____» ________________ 2007 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Е.В. Савельева



I. Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования. Культура в современной России переживает сложный и противоречивый период своего развития. Очевидно, что сдвиги в области культуры, происходящие в последние годы, во многом вызваны отказом от государственной регламентации в этой сфере общественной жизни. Исчезновение обязательной государственной идеологии и цензуры, на первый взгляд, явилось важнейшей предпосылкой к обретению творческой свободы, необходимой для создания подлинных шедевров. Произошло резкое сокращение государственного финансирования образования, книгоиздания, искусства, вообще всего, что составляет понятие «культура». Многие творческие коллективы и отдельные граждане лишились государственной поддержки (массовых тиражей, нередко - библиотек, заказов, студий, выставок и т.д.). Полным ходом идет формирование нового механизма взаимодействия культурной традиции и современной жизни, осуществляется попытка коммерциализации культуры, насаждаются ценности «массовой культуры», зачастую враждебные не только советской, но и русской культурной традиции.

Эффективность решения всех вышеперечисленных проблем зависит в первую очередь от выработки грамотной государственной политики в области культуры и методов ее реализации, которая невозможна без осмысления исторического опыта и опоры на него, осознания особенностей своей культуры, ее оценки в истории. Научный и практический интерес представляет исследование периода 1921-1929 гг., - периода новой экономической политики. Это объясняется не только определенной схожестью современных проблем российского общества с проблемами, свойственными тому периоду, но и тем, что НЭП ранее исследовался с позиций государственной идеологии. Сегодня этот исторический этап исследуется объективно, деидеологизированно.

Несомненный интерес представляет собой региональный опыт реализации государственной политики в области культуры в 1920-е гг. Рассмотрение общероссийских процессов с учетом региональных особенностей позволяет отразить разнообразие общеисторического процесса, пополнить историческую науку новыми конкретными фактами и событиями.

Степень изученности проблемы. В изучении истории культурных преобразований можно выделить два основных этапа. Первый с начала 1920-х годов по 1991 год, когда работы историков были заключены в жестко обозначенные рамки, определяемые положениями партийных документов и постановлений, различными выступлениями и высказываниями руководителей партии. В этот период в исторической науке преобладала идеологическая трактовка, сковывающая творческий и непредвзятый анализ. Второй период с 1991года и по настоящее время представляет особый интерес в плане расширения и углубления историографии по данной проблематике. Это объясняется тем, что после поражения путча в августе 1991 г., вследствие преодоления коммунистической идеологии как официальной государственной доктрины, увеличились возможности для исследовательской работы. В связи с этим, появляются новые подходы к оценке политики государства в области культуры.

Научное исследование процессов культуры, происходящих в стране в годы НЭПа, началось уже в 20-е годы XX века. Именно тогда вышло много интересных и разнообразных публикаций, являющихся ценным источником наших знаний о представлениях руководителей большевистской партии на развитие культуры в условиях строительства нового общества.1

Анализ культурно-идеологической деятельности Советской власти содержится в работах известных в то время деятелей культурного фронта, Л. Авербаха, А.Деборина, П. Керженцева2.

С начала 1930-х годов количество литературы по общим проблемам культурного строительства стало резко сокращаться. А те отдельные публикации, которые издавались, сводились к воспроизведению статистических данных о развитии отдельных отраслей культуры.3

В литературе 1940-1950-х годов в основном публиковалась литература публицистического характера, как отвечающая запросам времени. Для научных работ характерна тема интеллигенции, роли науки в обществе. Вопросы просвещения и искусства практически не поднимались.4

Со второй половины 1950-х гг. начался новый этап в изучении истории культуры. В научный оборот было введено много новых источников и документов. По названным проблемам появился ряд серьезных исследований, составляющих значительную часть современного историографического фонда5.

Начало 1990-х гг. явились временем формирования принципиально нового подхода к отечественной истории. Историки стремились дать оценку событиям прошлого не с точки зрения современных идеологических установок, а с позиций объективных изменений в культурном облике нашего времени.6 Большое место в исследованиях этого периода занимали проблемы формирования советской интеллигенции7.

В ряде современных научных работ предпринимались попытки переосмыслить исторический путь нашего государства, и в связи с этим, продолжается разработка теоретических аспектов истории культурного, строительства. В современных монографиях и диссертационных исследованиях поднимается проблема государственного руководства культурным строительством, становление партийного контроля в сферах образования и искусства.8

В последние годы появилось несколько работ, где по-новому освещались социально-экономические процессы, происходившие в этот период. В них рассматривалась проблема политики государства в области культуры в этот период и деятельность культурно-просветительных учреждений.9

Фундаментальных специальных исследований по политике государства в области культуры в Нижнем Поволжье в 1921-1929гг. не было. Выходили в свет лишь отдельные статьи и монографии, затрагивавшие эту проблему.10 Из современных работ необходимо отметить работы Плеве И. Р., Богацкого П. И., Рогожина Е. С., Канавиной Н.В., Корноуховой Г.Г., Лихолета О.В.11

Вместе с тем, целый ряд вопросов, без которых невозможно создание объективной картины состояния культуры в период новой экономической политики не освещен и требует дальнейшей разработки. Так, в дополнительном изучении нуждается проблема материальной базы культуры и кадровое обеспечение, позитивное и негативное влияние политической системы на деятельность учреждений культуры и непосредственно деятельность этих учреждений. Необходимо более тщательное изучение формирование системы руководства культурой работой, а так же влияние социально-экономических преобразований на культуру.

Цель диссертационного исследования состоит в комплексном изучении процесса формирования государственной политики в области культуры в 1921-1929 гг. в Нижнем Поволжье.

Для достижения поставленной цели выделены следующие задачи:

- охарактеризовать формы, методы и принципы деятельности центральных и местных властей в области культуры и показать процесс идеологизации культурной жизни и установление идеологического контроля в этой сфере на протяжении 1921-1929 гг.

-раскрыть кадровое и материальное обеспечение культурных преобразований в регионе;

- дать анализ деятельности партийных и советских органов в области культурно-просветительной работы и осветить трудности и сложности этого процесса в исследуемом регионе.



Хронологические рамки исследования охватывают период с 1921 до 1929 гг. Начало исследуемого периода - 1921г., в течение которого началось осуществление новой экономической политики, повлиявшее на все стороны жизни общества. Верхняя граница исследования приходится на 1929 г., после которого культурное развитие региона проходило в качественно иных, социально-политических условиях.

Изучение культурного процесса в 1921–1929гг. позволяет охарактеризовать политику государства в области культуры в переломный момент истории, описать формы и методы деятельности органов советской власти в области культуры в центре и в отдельно взятом регионе.



Территориальные рамки диссертационного исследования. В территориальном отношении нами для исследования были выбраны Саратовская, Волгоградская и Астраханская губернии, которые в России занимали относительно большую территорию с преобладанием сельского населения

Особенностью этого региона было то, что он являлся многонациональным по своему составу. Пространственная локализация диссертационного исследования позволила достаточно полно изучить особенности протекания процессов общероссийского масштаба на уровне Саратовской и Астраханской областей, показать, как претворялись в жизнь местными властями решения центральных органов. Это дало возможность более глубоко выявить мотивы и механизмы принятия конкретных решений в области культуры периода НЭПа, характер взаимоотношений центральных и местных органов власти, системы власти с различными социальными группами.



Источниковая база. Круг источников, в которых нашли отражение различные стороны политики государства в области культуры, достаточно обширен, однако их полноту и информативность далеко не всегда можно признать вполне удовлетворительными. Источниковая база диссертации представлена широким комплексом материалов, который условно можно разделить на несколько групп.

Первая группа источников архивные материалы - наиболее объемная и интересная. Она включает в себя архивные материалы двух центральных архивов - Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ) и Российского Государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ). Кроме того, в нее вошли фонды местных архивов - Государственного архива Астраханской, Волгоградской и Саратовской губерний (ГААО, ГАВО, ГАСО); Центров документации новейшей истории Волгоградской и Саратовской областей (ЦДНИВО и ЦДНИСО); Государственного архива современной документации Астраханской области (ГАСДАО)12.

Вторую группу источников составляют материалы центральных государственных и партийных органов РСФСР и СССР. Законодательные акты и нормативные постановления высших государственных органов. Она представлена декретами, постановлениями и резолюциями Всероссийских съездов Советов, ВЦИК и СНК РСФСР, съездов Советов СССР, ЦИК, Президиума ЦИК СССР, СНК СССР13.

Третья группа источников представляет собой статистико-экономические материалы.14.

Четвертую группу составляют материалы центральной и местной периодической печати. К первым относятся газеты «Правда», «Известия ВЦИК», «Беднота», «Экономическая жизнь», «Известия ЦК РКП(б)», «Коммунистическое просвещение», «народное просвещение», ко второй - «Саратовские известия», «Большевистский молодняк», «Коммунист» и д.р.

Пятую группу источников представляют документы, которые содержатся в специальных сборниках, посвященных культурному строительству, как на общесоюзном уровне, так и на местном15.

В совокупности используемый круг материалов составляет широкую представительную источниковую базу, вполне достаточную для реализации поставленных исследовательских задач.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые комплексно поставлена и изучена на основе системного подхода и привлечения регионального материала проблема формирования государственной политики в области культуры в 1921-1929 гг. в Нижнем Поволжье. Выработка культурной политики рассматривается и определяется как строго соответствующая конкретной обстановке 1921-1929 гг., базирующаяся на реальных экономических возможностях государства.

Изученный региональный материал позволил автору сделать вывод о том, что слабость проводимой политики в области культуры в Нижнем Поволжье была обусловлена недостаточным финансированием как из центрального бюджета, так и из местных бюджетов, что привело к сокращению значительной части культурно-просветительных учреждений в первой половине 1920-х годов.

В работе уделено внимание слабоизученному кадровому аспекту политики государства в области культуры в Нижнем Поволжье. Автор считает что, территориальная удаленность региона от центра, отсутствие в Нижнем Поволжье профессиональных управленцев, а также дефицит учебных заведений, занимавшихся их подготовкой, обусловили сложность кадровой проблемы. Профессиональная некомпетентность, часто переплетенная с элементарным низким общеобразовательным уровнем, идеологическая заданность при назначении на ответственные посты, плохое знание присланными из Центра управленцами местных условий не могли привести к плодотворной работе органов управления культурой. Именно кадровая проблема в течение всего рассматриваемого периода являлась наиболее актуальной и не решенной окончательно.

Новизна работы заключается также в том, что автор подробно изучил процессы ужесточения цензурной политики как в стране, так и в регионе, что позволило по новому оценить аспекты этой проблемы. В регионе органы контроля создавались с задержкой. Кроме того, удаленность от центра позволяла часто обходить цензурные запреты. Так, например, партийное руководство считало совершенно недопустимым для клубов такие виды развлечений, как балы, маскарады и т.д. Но спрос на них был. Руководством местных клубов стали организовываться «благотворительные вечера». Основным содержанием подобных вечеров были «танцы до утра», а для прикрытия в программу вписывалась «художественная часть», без которой вечера разрешаться не могли. «Художественная часть» либо составлялась наспех, без достаточной подготовки, либо существовала только на бумаге.

Проведенный анализ архивных документов по такому важному направлению процесса демократизации культурной политики, как ликвидация безграмотности, позволил автору выявить специфическую черту этого процесса в регионе - кампанейство. Вся работа по ликвидации неграмотности в регионе то утихала, то по указанию сверху возобновлялась вновь. Но, несмотря на кампанейство и заорганизованность в результате трехлетнего культпохода в конце 1920-х гг. Нижневолжский край достиг больших успехов в деле сплошной ликвидации неграмотности. Было обучено более 90% населения края.

На основе архивных и статистических данных автор приходит к выводу о том, что при реально достигнутых успехах в культурно-просветительной деятельности в целом по стране к 1929 году, сохранялось немало противоречий и трудностей. Так Нижневолжский край заметно отставал от общереспубликанских показателей по количеству библиотек, клубов и других культурно-досуговых учреждений, здесь долгое время сохранялся дефицит книг и периодических изданий.

Изученный региональный материал свидетельствует о том, что величайшим социальным преобразованием в области культуры в 1920-е годы было обеспечение ее массовости. Автор считает, что этот процесс характерен для всего Нижневолжского региона. Появилась возможность участия более широких слоев населения в создании культурных ценностей, что выразилось в небывалом размахе самодеятельного творчества тех лет: создание «живых газет», музыкальных кружков при профсоюзных клубах, театральных студий.

Научная новизна обусловлена и тем, что в научный оборот впервые введен ряд неисследованных архивных документов и материалов, использованы статистические материалы, позволяющие углубить представление о политике государства в области культуры в Нижнем Поволжье в годы НЭПа.



Методологической основу работы составляют принципы историзма, системности, объективности, достоверности позволяющие рассмотреть деятельность партийных и советских органов в области народного образования и культуры как многомерный, противоречивый процесс, избегая как односторонней критики, так и идеализации.

В ходе исследования выявилась необходимость обращения к историко-генетическому и сравнительно-историческому методу. Это позволило последовательно раскрыть свойства, функции и изменения изучаемой реальности в процессе ее исторического движения и приблизиться к воспроизведению реальной истории объекта.

В работе использовались элементы историко-политологического и историко-культурологического анализа, что объясняется сочетанием в истории культурного развития исторических, культурологических и политологических проблем.

Научная и практическая значимость исследования. Основные положения и выводы диссертации могут способствовать более глубокому пониманию реализации государственной политики в сфере культуры, процесса формирования и функционирования органов управления культурой на примере конкретного региона в рассматриваемый период. Теоретически обосновывается необходимость научных изысканий с учетом подходов и оценок, отраженных в диссертации.

Развитие ситуации в сфере культуры в современной России вызывает вполне определенные исторические аналогии с культурным строительством в период НЭПа. Опыт культурного строительства может быть учтен и использован в современных условиях органами местного управления и самоуправления.

Содержание диссертации может быть использовано при изучении проблем, связанных с историей культуры в целом, как на региональном, так и на общероссийском уровне, на спецкурсах и спецсеминарах по отечественной истории, культурной политике, истории культурно-досуговых учреждений, а также найти применение при создании учебных пособий по соответствующим предметам.

Апробация работы. Основные положения диссертации излагались автором на университетских и общероссийских конференциях. Выводы исследования отражены в опубликованных научных статьях.

Структура диссертации определяется целью и поставленными задачами и включает введение, три раздела, заключение, список источников и литературы.

II. Основное содержание работы

Во введении обосновывается актуальность и историческая значимость темы, характеризуется степень ее научной разработанности, источниковая и методологическая база, определяются цели и задачи исследования, научная новизна и практическая значимость работы.

В первом разделе «Формирование государственной политики в области культуры в период НЭПа(1921-1929гг)» раскрывается процесс выработки программы культурных преобразований в 1921-1929 гг. Основные принципы культурной политики были заложены в важнейших идеологических и программных документах партии, первых декретах Советской власти в области, культуры, написанных В. И. Лениным. Преобразования, происходившие в сфере культуры в 1920 - 1930-е годы, позднее идеологами партии стали называться культурной революцией.

Сам термин «культурная революция» был впервые употреблен В.И. Лениным в статье «О кооперации» в 1923г. Говоря о перспективах социалистического строительства, он связывал успешное решение этой задачи с резким подъемом культуры граждан страны, прежде всего крестьянства: «...у нас политический и социальный переворот оказался предшественником тому культурному перевороту, той культурной революции, перед лицом которой мы все-таки теперь стоим16.

Разъясняя ее содержание, он писал: «…Это будет особая историческая эпоха и без этой исторической эпохи, без поголовной грамотности…без достаточной степени приучения населения к тому, чтобы пользоваться книжками, и без материальной основы этого, без известной обеспеченности, скажем, от неурожая, от голода и т.д. – без этого нам своей цели не достигнуть»17. Таким образом, в понятие «культурная революция», которое потом множество авторов толковали по-своему, чрезвычайно его расширяя, В.И. Ленин вкладывал совершенно конкретное содержание. Ленин и его сторонники нуждались в такой культурной революции, которая опиралась бы только на большевистский идеологический диктат, как на универсальное средство решения определенных партией задач строительства новой социалистической культуры.

Главная цель партийного влияния в области культуры, состояла, прежде всего, в пропаганде марксистской идеологии, превращении мировоззрения пролетариата в общенародную идеологию.

Сегодня мы можем констатировать, что наша страна упустила немало возможностей на пути культурного прогресса из-за установления полной монополии власти партийных комитетов в области культуры, административно-командных методов партийно-государственного руководства процессами культурного строительства.

Важнейшее значение для партии большевиков приобретали вопросы формирования системы партийного руководства сферой культуры. Эти задачи были возложены на агитационно-пропагандистские отделы ЦК РКП (б) и местных партийных комитетов. Они наделялись широкими полномочиями в плане координации и направления всей деятельности в области культуры партийных, государственных и общественных организаций.

В начале 1920-х гг. в ЦК РКП (б) предпринял ряд мер по усилению своего, прежде всего политического влияния в сфере культуры. Первым шагом стала реорганизация как центральных, так и местных структур управления культурой. Структурная перестройка системы управления проходила в несколько этапов. В первую очередь она затронула систему народного образования, начиная с центральных органов - Наркомпроса, и завершая краевыми и уездными ОНО. Одновременно происходила и реорганизация системы культурно-просветительной работы, руководство которой сосредоточилось в Главполипросвете и его органах на местах. Но при этом идейное руководство всей сферой культуры оставалось за Агитационно-пропагандистским отделом ЦК РКП (б).

Особое место в этой системе занимал Главполитпросвет в силу своего двойного подчинения: в административно-организационном отношении - Наркомпросу, а в идеологическом - АПО ЦК РКП(б). Таким образом, была заложена основа непосредственного партийного руководства культурным строительством.

В местном масштабе руководство всеми культурными процессами осуществлялось губернскими отделами народного образования. Саратовский Губернский отдел народного образования (Губоно) был организован 4 марта 1918 года постановлением Саратовского Губисполкома18. Основной задачей Губоно была организация и руководство делом народного образования в Саратовской губернии.

Отмечалось стремление централизовать работу учреждений культуры. Рекомендовалось формировать советы и правления клубов по классовому принципу, вводить в их состав в обязательном порядке представителей партийных и комсомольских ячеек для проведения руководящей линии Коммунистической партии.

Автор считает, что формирование системы управления культурным строительством в первые годы советской власти представляло немалые сложности, так как это было делом новаторским, не имевшим аналогов в практике. Были выработаны такие основополагающие принципы руководства сферой культуры как: «демократизм», «четкое разграничение функций партийных, советских и общественных организаций».

Во втором разделе «Финансовая и кадровая политика государства в сфере культурной деятельности» рассматривается экономическое и кадровое обеспечение учреждений культуры. Осуществление «культурной революции», требовало значительных усилий в деле создания и развития ее материально-технической базы. В период перехода к НЭПу бюджетные ассигнования на нужды учреждений культуры из центра практически прекратились. Финансовый кризис привел к тому, что в РСФСР прекратили свое существование до 75% всех клубов и народных домов, почти 90% изб-читален. Из каждых 100 пунктов ликвидации неграмотности сохранилось в среднем 6-7. Если в 1921 г. насчитывалось 475 тыс. работников культпросветов, то в 1922 г. это число сократилось до 10 тыс. человек.19.

Согласно декрету СНК от 15 сентября 1921 г. «О мерах к улучшению снабжения школ и других просветительных учреждений»20, вся ответственность за материальное обеспечение была переложена на местные органы Советской власти. Это поставило низовые властные структуры перед необходимостью искать нетрадиционные способы финансирования - появились различные варианты системы самообложения населения в пользу культурных учреждений и заключения договоров на продовольственное обеспечение работников культуры. Так сельские общества Саратовской губернии с сентября 1922 года по январь 1923 года заключили 400 договоров с местными культурно-просветительными учреждениями.21 Правда, реализация договоров протекала слабо, они не могли обеспечить в нужных размерах содержание культурных учреждений, поскольку материальные возможности местного населения в условиях хозяйственной разрухи были чрезвычайно ограничены.

Тяжелее всего приходилось учителям, преподавателям высшей школы, работникам библиотек, изб-читален, пунктов ликбеза, внешкольного воспитания. Они страдали и от свертывания сети культпросвет учреждений, и от низкой зарплаты, которая была намного меньше дореволюционной, и от тяжелых условий труда. Почти все здания и помещения давно не ремонтировались, многие обветшали, пришли в негодное состояние. К тому же не хватало мебели, приборов, оборудования, книг, учебников, канцелярских принадлежностей. В ряде мест на одного учителя младших классов приходилось до 100—120 учеников, а в других районах педагоги нередко пополняли ряды безработных, среди которых можно было встретить музыкантов, артистов, библиотекарей, полиграфистов, рабочих и служащих, ранее занятых в бумажном производстве.

С середины 1920-х гг. постепенно усиливается идеологический диктат власти. Отказ центральных органов власти от финансовой поддержки местных учреждений культуры, сеть которых едва начинала складываться, тем не менее, не означал ухода от контроля за их работой. Более того, к руководству учреждениями культуры активно привлекались члены РКП (б). Таким образом, формировался механизм подотчетности работников культуры местным партийным организациям. Наилучшим образом сохранились учреждения, которые несли наибольшую идеологическую нагрузку и поддерживались местными государственными и партийными органами.

Только с середины 1920-х гг. наблюдается общая тенденция на увеличение численности учреждений культуры. Недостаток средств государство в какой-то степени компенсировало умело организованной идеологической работой, увлекавшей огромные массы трудящихся пафосом созидания новой жизни и порождавшей неподдельный энтузиазм, который власть охотно эксплуатировала. Государственное финансирование в условиях хозяйственной разрухи рассматривалось как наиболее действенное средство обеспечения и ускорения культурной работы. К концу 1920-х годов сеть различных культурно-просветительных учреждений в Советской России, финансируемых из государственного бюджета, насчитывала почти 33 тысячи22.

Проблема подготовки и переподготовки кадрового состава относилась к числу тех, что весьма остро встали перед советским государством к началу 1920-х годов. Для эффективной воспитательной и просветительной работы в стране необходимы были образованные, знающие люди, специалисты. Власть не располагала достаточным количеством таких специалистов. Поэтому предстояло, во-первых, привлечь на свою сторону старую интеллигенцию и, во-вторых, создать новые кадры из рабочих и крестьян.

Создание кадров новой интеллигенции осуществлялось как путем выдвижения наиболее опытных и талантливых представителей рабочего класса и крестьянства, так и путем подготовки специалистов в вузах и техникумах. Как утверждал один из идеологов советской власти Н.И.Бухарин, интеллигенция являлась препятствием на пути развития по той причине, что не понимала масштаба происходивших событий. И необходима была «новая» интеллигенция, которая бы не мучилась сомнениями, поисками, иными «интеллигентскими комплексами»23.

Важнейшим условием использования старых специалистов было полное соблюдение «...верховенства, руководства и контроля Советской власти...»24. Командные посты, учительские кадры в пролетарском государстве должны были занимать сами рабочие. Выдвижение рабочих и крестьян на руководящую работу в партийных, государственных и хозяйственных органах имело громадное значение для формирования советского государственного аппарата. Поэтому в школьной переписи 1927 года уже 5,3% из всего числа учителей происходило из рабочих, 48,2% - из крестьян, 18,2% - из служащих, из прочих слоев (включая буржуазных и мелкобуржуазных) - 28,3%25 , хотя в начале восстановительного периода среди преподавателей бывшими землевладельцами были 2,7%, крестьянами - 3%, рабочими -0,2%, по 0,8% - военнослужащие и торговые служащие.

Подготовке и переподготовке учителей придавалось приоритетное значение, так как основным кадровым резервом для решения задач культурного развития было учительство, которое помимо своих основных обязанностей, занимались и культурно-просветительной деятельностью. Отсюда в документах часто упоминается, что «основной кадр работников изб-читален и красных уголков состоит главным образом из учителей»26.

В отличие от учителей переподготовка руководителей (к ним же относился и инструкторский состав) носила, как правило, курсовой характер, и курсы повышения квалификации, часто прикрывали своим названием фактическую работу по овладению курсантами основ специальности, так как многие из них не имели стажа практической работы. В качестве примера можно указать на программу 3-х недельных курсов для руководящего состава отделений Астраханского губернского потребительского союза, которые состоялись в январе-феврале 1925 года в Астрахани. 10 из 108 учебных часов отводились на изучение основ культпросвета.27

Но все же главным объектом внимания партийных, советских, органов была работа, связанная с подготовкой и переподготовкой кадров «низового» звена деревенских культурно-просветительных работников - избачей, руководителей различных кружков, сельских библиотекарей и др. Профессионализм и квалификация этой категории просвещенцев, как показывала практика, наиболее сильно сказывались на общем уровне культурно-просветительной работы.

В целом автор отмечает, что проделанная в 1921-1929гг. советскими и партийными органами работа способствовала улучшению профессионально-квалифицированного состава культурно-просветительной сферы. Успех кадровой политики был налицо. С одной стороны эта столь значительная армия работников, которая смогла обеспечить почти полный охват неграмотного населения Нижневолжского края. Но с другой стороны, нельзя не признать низкий уровень их образования, слабую систему подготовки и переподготовки специалистов. Зачастую принудительное участие в этой работе, отсутствие материального стимула не способствовали качественному обучению неграмотных.



В третьем разделе «Трудности и противоречия культурно-просветительной работы в период НЭПа» рассматривается процесс демократических преобразований в культуре, который начался с декретов об уничтожении сословий и чинов, уравнении женщин в правах с мужчинами, ликвидации национального неравенства. Введение 8-часового рабочего дня, правил об отпусках, вселение в квартиры буржуазии давало трудящимся некоторые возможность культурного досуга. Но неграмотному человеку не нужны библиотеки, театры, музеи. Более того, как подчеркивал В. И. Ленин, «безграмотный человек стоит вне политики...»28 В этих условиях главной целью культурного строительства в Советской России стала ликвидация неграмотности.

По решению коллегии Наркомпроса, 21 января 1920 была выпущена специальная инструкция, разъясняющая отдельные положения декрета от 26 декабря 1919 года «О ликвидации безграмотности среди населения РСФСР» и намечающая конкретные пути его скорейшей реализации. В соответствии с этим документом были образованы губернские комиссии по ликвидации безграмотности по всей территории страны, в том числе и в Нижнем Поволжье Наряду с этим были созданы аналогичные органы в уездах и волостях данного региона. Все они руководствовались распоряжением губернских отделов народного образования и указаниями центральной власти.

Автор отмечает, что ликвидации неграмотности на территории исследуемого региона имела ряд специфических черт. Преобладание сельского населения, пёстрый национальный состав, неодинаковый уровень развития народов, при котором некоторые из них вели еще полукочевой образ жизни (например, казахи и калмыки), - всё это создавало значительные трудности для претворения в жизнь декрета 1919 года. Кроме того, слабая материально-техническая база образования, нехватка квалифицированных преподавателей, постоянное пополнение рядов неграмотных подростками не позволяли достичь запланированных темпов обучения.

По переписи населения 1926 г грамотность в стране достигла только 56 %29. Улучшению организации работы по обучению взрослых способствовал развернувшийся в 1928 г. по инициативе комсомола культурный поход за ликвидацию неграмотности. Учитывая специфику региона, Особая краевая и Астраханская Особая комиссии по борьбе с неграмотностью поставили задачу - организовать ликбезы непосредственно на путине. Для этой работы готовились 4000 культармейцев, в том числе - 1200 из нацменьшинств. Обучение организовывалось не только в клубах, школах, но и на судах, шаландах. Было сооружено для этой цели 4 культрыбицы.30

Но в течение 1927/28 и 1928/29 учебных годов плановые задания и обязательства по ликвидации неграмотности не выполнялись, так как были изначально завышены и не учитывали реальные возможности: не хватало тех, кто сам мог обучать чтению и письму, мало было школ грамотности. Библиотеки и избы-читальни не располагали нужными учебниками, и практически не могли оказывать реальную помощь культармейцам и безграмотным. Превратить Астраханский край в край сплошной грамотности к 1 мая 1931 г. (как и к концу пятилетки) не удалось. Хотя успехи в ликвидации неграмотности среди взрослого населения, достигнутые в ходе культпохода 1928-1929 гг. были ощутимы.

Важной составной частью процесса демократизации культуры было повышение культурного уровня масс, используя для этого воскресные школы, рабочие клубы и общества. При участии самих трудящихся были найдены новые формы культурной работы среди взрослых - агитпоезда, агитпароходы, которые сыграли большую роль в разъяснении политики Советской власти, в распространении книг, журналов. Инициатива трудящихся помогла создать новые типы культурно-просветительных учреждений - школу взрослых, красный уголок, ликпункт, избу- читальню. В Астраханском крае в 1927 г действовало 47 клубов. При клубах создавались библиотеки, читальни, партшколы. Проводились доклады, лекции, диспуты по общественно-политическим вопросам. Создавались секций, кружки: драматические, музыкальные, хоровые, живых газет, изобразительного искусства. На начало 1927 г драматических кружков - 127, хоровых - 18, музыкальных - 86, 40 кружков физкультуры, 56 – стрелковых31.

Библиотечная сеть в годы НЭПа получила недостаточное развитие. Как свидетельствуют источники, к 1927 г. в Астраханской губернии вели свою работу 83 библиотеки, 90 изб-читален32. Однако в некоторых крупных селах, особенно с пестрым национальным составом, подобных культурных учреждений по-прежнему не было из-за отсутствия средств и самих работников. В целом по Нижне-Волжскому краю насыщенность региона числом библиотек отставала от общереспубликанских показателей. Значительная роль в деле воспитании человека советского типа отводилась таким традиционным формам досуга как театр и кино, которые, в свою очередь, к концу 1920-х гг. стали превращаться в мощное идеологическое орудие партии. Судя по данным различных источников «подвижные картинки» пользовались у советского народа необыкновенной популярностью. Во второй половине 1920-х гг. разрасталась сеть кино-стационаров (кинотеатров). Если в 1928г. одна киноустановка приходилась в Нижне-Волжском крае на сто тысяч жителей, то в 1933г. - на пять тысяч33.На территории края их было: в 1927/1928 г. - 60, в 1928/1929 г. - 83, в 1929/1930 г. - 99. Кроме того, в каждом из округов действовало 20-30 передвижных киноустановок, демонстрировавших фильмы в сельских и городских клубах, красных уголках и т.д. Именно в 1920-е гг. фильмы стали самыми популярными зрелищами, чему способствовало как относительно большое число киноустановок, так и дешевизна билетов - 5-15 коп.

В истории культуры 1920-х годов деятельность театра занимает особое место. В Астрахани существовала довольно развитая для провинциального города театральная сеть. Большой популярностью пользовался Татарский театр. С 1918 по 1928 годы его посетили десятки тысяч зрителей. Репертуар составляли как классические, так и современные пьесы. Любили астраханцы и оперный театр под руководством М.К. Максакова, билеты раскупались мгновенно, сборы были хорошими, и дела коллектива быстро шли в гору.

Смещение воспитательных акцентов на идеологию и политику заставило властные структуры использовать в воспитательных целях не только учебно-воспитательные, но и досуговые учреждения. Театр в этом отношении был весьма перспективным. 4 октября 1918 года в Саратове открылся «Бесплатный для детей пролетариата и крестьян Советский драматический школьный театр имени вождя рабоче-крестьянской революции В. И. Ленина». В 1920-1930-е гг. репертуар детских театров ориентировался на идеи коммунистического воспитания молодого поколения. Ставились современные пьесы А.Л. Барто, С.В. Михалкова, Л.А. Кассиля и др. В послевоенные годы детские театры также ставили пьесы, в которых «положительный герой» вместе с коллективом обычно перевоспитывал «одиночку-индивидуалиста».

1921-1929 гг. отмечен рост культурных потребностей. В некоторых городах граждане охотно посещали не только развлекательные мероприятия, но и серьезные музыкальные концерты, лекции, беседы научно-политического характера.

В рамках реализации культурной политики проводились мероприятия, способствовавшие как повышению уровня грамотности граждан, так и распространению среди широких слоев населения мировоззренческих установок советской власти, идей социализма. С первых дней существования советское правительство провозгласило, что грамотность и образованность должны стать фундаментом постройки нового социалистического общества. В культурно-просветительной деятельности уделялось самое серьезное внимание проведению агитации и пропаганде культурных преобразований в обществе путем распространения листовок, брошюр, организации специальных праздников, бесед и т.д.

Таким образом, в 1921-1929 гг. Советской властью были предприняты серьезные попытки по укреплению и развитию социокультурной инфраструктуры Нижневолжского региона. Однако серьезные экономические трудности первого этапа НЭПа не позволили осуществить задуманное. Только с середины 1920-х гг. наблюдается общая тенденция на увеличение численности учреждений культуры. В первой половине 1920-х гг. можно говорить об определенной гибкости политики в области культуры. Однако, с середины 1920-х гг. постепенно усиливается идеологический диктат органов власти, что сказывается как на формах, так и содержании деятельности учреждений культуры.



В заключении подведены итоги исследования и сформулированы выводы автора.

Основные положения диссертационного исследования изложены в следующих публикациях автора:
I.Работы, опубликованные в перечне научных изданий, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ:
Статьи:

1. Сенектутова, И.М. Формирование государственной политики в области культуры в 20-е гг. в СССР//Южно-Российский вестник геологии, географии и глобальной энергии. Астрахань: Издательский дом «Астраханский университет», 2006. №8(21). С.50 - 53. (0,2 п.л.).


II. Работы, опубликованные в других научных изданиях:
Статьи:

2. Сенектутова, И.М. Организация культурно-просветительной работы в период НЭПа//Философия и методология истории. Сборник научных статей II Всероссийской научной конференции. Коломна: Изд-во Коломенского государственного педагогического института, 2007. С.314 – 318. (0,3 п.л.).



3. Сенектутова, И.М. Управление культурой в Нижнем Поволжье (1921-1929гг.): кадровый аспект//Международный конгресс "Азия в Европе: взаимодействие цивилизаций". Материалы международной конференции "Язык, культура, этнос в глобализованном мире: на стыке цивилизаций и времен". 17 - 21 мая 2005 г. Элиста, 2005. С.82-89. (0,5 п.л.).

1 Ленин В. И. О работе Наркомпроса. Полн. собр. соч. Т. 42. С. 322-332; Он же. О кооперации. Там же. Т. 45. С. 369-377; Он же. О нашей революции. Там же. Т. 45. С. 378-382; Бухарин Н. И. Экономика переходного периода. М., 1920; Он же. Ленинизм и проблемы культурной революции. М.-Л., 1928; Луначарский А.В. Об интеллигенции. М.,1920; Он же. Десятилетие революции и культура. М.-Л.,1927; Он же. Культура на Западе и у нас. М.-Л., 1928; Он же. В.И. Ленин и вопросы просвещения. М., 1924; Крупская Н. К. О культурно-просветительной работе. М., 1957; Заветы Ленина в области народного просвещения. М., 1934; Она же. Ленин и культура. М.,1934; Она же. Ленинские установки в области культуры. М.,1934; Покровский М.Н. В.И. Ленин и высшая школа. Л.,1924; Троцкий Л. Д. Литература и революция. М., 1923 и др.

2 Деборин А. Марксизм и культура//Революция и культура. 1927. № 1. С. 8-216; Керженцев П. Человек новой эпохи// Революция и культура. 1927. №3-4. С. 17-20; Авербах Л. На путях культурной революции. М., 1929; Он же. Спорные вопросы культурной революции. М., 1929.

3 Фрид Л. Е. Очерки по истории культурно-просветительной работы в РСФСР (1917-1929 гг.). М., 1941; Белькович Н. Н. Социально-культурное строительство в РСФСР. М., 1938.

4 О советской социалистической культуре. Сб. статей. М., 1943; Смирнов И.С. Из истории строительства социалистической культуры в первый период Советской власти (октябрь 1917- лето 1918 гг.). М.,1949; Амбросенко. К. Социалистическая культура – самая передовая культура в мире. М., 1951; Козырев А.В. Школа в России в период подготовки и проведения Великой Октябрьской социалистической революции. Ставрополь,1948.

5 Мамай Н. Коммунистическая партия в борьбе за идейно-политическое воспитание масс в первые годы НЭПа. М., 1954.; Абросенко К. П. Рост культуры советского общества. М., 1958; Ким М. П. Коммунистическая партия - организатор культурной революции в СССР. М., 1955; Он же. 40 лет советской культуры, М. 1957; Карпов Г. Г. Партия и культурная революция в СССР. М., 1957; Смирнов И. С. В. И. Ленин и советская культура. М., 1960 и др.

6 Советская культура: История и современность. М.,1983; Великая Октябрьская социалистическая революция и становление советской культуры. 1917-1927гг. М.,1985.; Советская культура. 70 лет развития. М.,1987.

7 Иванова Л.В. Формирование советской научной интеллигенции. М., 1980; Федюкин С.А. Партия и интеллигенция. М., 1983; Советская интеллигенция и ее роль в строительстве коммунизма. М.,1983.

8 Галин С.А. Исторический опыт культурного строительства в первые годы Советской власти 1917-1925гг. М., 1990; Белова Т. Культура и власть. М.,1991; Вендеровская Р.Б. Школа 20-х годов: поиски и результаты. М., 1993 г.; Латышев А.Г. Рассекреченный Ленин. М., 1996; Киселева Т. Т., Стрельцов Ю.А., Стрельцова Е.Ю. Культура и революция: историческая хроника первых послеоктябрьских десятилетий. М.,1998.; Кожихина Т. П. Извольте быть благонадежны! М., 1997.

9 Красовицкая Т. Ю. Власть и культура: Исторический опыт руководства национально-культурным строительством. М., 1993; Розанов Е. И. Главполитпросвет РСФСР. 1920-1930 гг.: Дис. канд. ист. наук. М., 1990.; Соскин В. Л. Культурная жизнь в Сибири в первые годы НЭПа (1921-1925 гг.). Новосибирск, 1973; Он же. Формирование народного образования в Сибири в период строительства социализма (1917—1941 гг.)// Историография культуры и интеллигенции Советской Сибири: Сб. статей. Новосибирск, 1978. С. 6-75; Он же. Культурное строительство в Сибири в 20-30 гг.// Историография Советской Сибири. 1917-1945 гг. Новосибирск, 1979. С. 144-192.

10 Степанов П. Д. Из истории культурного строительства в Саратовской области // Труды СОМК. Вып. 2. Саратов, 1959; Якорев И. А. Из истории культурного строительства в восстановительный период (1921-1925 гг.).// Уч. зап. Сарат. ун-т. 1959. Т. 79; Суаковский Ф. В. Основные вопросы культурной работы в Нижневолжском крае. Саратов, 1928; Таубин Р. А. Культурное строительство в Саратовской области. Саратов, 1939; Яньшин В. Ф. Организация фондов сельской библиотеки при открытом доступе: Из опыта работы библиотек Саратовской области. Саратов, 1966.

11 Плеве И. Р. Профсоюзы Нижнего Поволжья в восстановительный период (1921-1925 гг.). Дис. канд. ист. наук. Саратов, 1986; Рогожин Е. С. Профсоюзы: история, лидеры, проблемы (1906-1996 гг.). Саратов, 1997; Богацкий П. И. Саратовская интеллигенция и советская власть// Интеллигенция, Провинция. Отечество: проблемы истории, культуры, политики: тезисы докладов научно-теоретической конференции. Иваново, 24-25 сентября 1996; Канавина Н.В. Культурно-просветительские учреждения в годы нэпа 1921-1927гг. Дис. канд. ист. наук. Саратов, 2003; Корноухова Г. Г. Повседневность и уровень жизни городского населения СССР в 1920-1930-е гг. (На материалах Астраханской области). Дис. канд. ист. наук. М., 2004; Лихолет О. В. Социальная политика Советской власти в годы НЭПА (На материалах Нижнего Поволжья). Дис. канд. ист. наук. Астрахань, 2003.

12 ГАРФ. Ф.2306: Ф.2313; РГАСПИ. Ф.141; ГААО. Ф.Р-1191; Ф.1362; Ф.2778; Ф.608; Ф.477; Ф.2265; Ф.1036; Ф.1071;ГАВО. Ф.1; ГАСО. Ф.Р-329; Ф.161; Ф.Р-847; Ф.Р-143; Ф.522; Ф.Р-99; Ф.315; Ф.3659; ЦДНИВО. Ф.71; Ф.113; ЦДНИСО. Ф.27; Ф.6107; Ф.246; Ф.56; ГАСДАО. Ф.1; Ф.6.

13 См. например: Декреты Советской власти. М., 1957. Т. 1; Десятый съезд РКП(б): Стенографический отчет. М., 1963; Директивы ЦК ВКП (б) и постановления Советского правительства о народном образовании. Сборник документов за 1917-1947 гг. М.-Л., 1947; Собрание узаконений и распоряжений рабочего и крестьянского правительства (СУ). М., 1918-1927 гг. и др.

14 См. например: Всесоюзная партийная перепись 1927 года. М, 1927. Вып. 2; "Культурное строительство в РСФСР". вышедший в 1958 г.; Весь Саратов: альманах-справочник. Саратов, 1925; Грамотность в России: К X съезду Советов: Статистический сборник. М., 1922; Статистический сборник по Саратовской губернии. Саратов, 1923; Астрахань: Справочная книга. Сталинград,1937 и др.

15 См. например: Культурное строительство в РСФСР. 1917-1927 гг.: Документы и материалы. М, 1984. Т. 1. Ч. 2; Культурное строительство в СССР 1917-1927 гг. Разработка единой государственной политики в области культуры: Документы и материалы. М., 1989; Культурное строительство в Саратовском Поволжье. Документы и материалы. Ч. 1. 1917-1928 гг./ Сост. Малинин Г. А., Русакова 3. Е. Саратов, 1985 и др.

16 Ленин В.И. Полн. Собр. Соч. Т.45. С.376.

17 Ленин В.И. Полн. Собр. Соч. Т.45. С.375.

18 ГАСО. Ф.Р-329. Оп.1. Предисловие Л.2.

19 Ком. Просвещение.1923. №4/5. С.9.

20 СУ. 1921. №64. С.482.

21 Правда. 1923. 2 февраля.

22 Массовое просвещение в СССР к 15-летию Октября. М.-Л., 1932. Ч. 1. С. 15.

23Бухарин Н.И. Судьбы русской интеллигенции //Путь к социализму. Новосибирск, Наука.1990. С.104.

24 Там же. Т.36. С.137.

25 Всесоюзная школьная перепись 15 декабря 1927г. М., 1930. Т.1.С. 24.

26 ЦДНИСО. Ф.27. Оп.4. Д.392. Л.54.

27 ГААО. Ф.608. Оп.1. Д.796. Л.105.

28 Ленин В. И. Полн. Собр. Соч.Т. 44. С. 174.

29 Всесоюзная перепись населения 1926 г. М.,1926. Т.17. С.96.

30 ГАСДАО. Очерки истории Астраханской областной организации КПСС. С.328.

31 ГАСДАО. Ф.1. Оп.1. Д.184. Л.28-33.

32 Там же. Л.32.

33 Культурное строительство в Волгоградской области 1917-1941. Волгоград, 1980.С.35.



База данных защищена авторским правом ©refedu.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница