Учебно-методический комплекс дисциплины опд. В 2, гсэ. В 1, опд. 2 «Этнопсихология»



страница5/11
Дата27.04.2016
Размер2 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Литература

  1. Арутюнов С.А., Чебоксаров Н.Н. Передача информации как механизм су­ществования этносоциальных и биологических групп человечества. Расы и народы. М.: Наука, 1972. Вып. 2. С. 19.

  2. Бромлей Ю.В. Современные проблемы этнографии. М.: Наука, 1983.

  3. Бромлей Ю.В., Подольный Р.Г. Человечество — это народы. М.: Мысль, 1990.

  4. Выготский Л.С. Собр. соч.: В 6 т. Т. 3. История развития высших пси­хических функций. М.: Педагогика, 1983.

  5. Дубов И. Г. Феномен менталитета: психологический анализ // Вопросы психологии. 1993. № 5. С. 20—29.

  6. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. М.: Канон, 1996.

  7. Дюркгейм Э. Социология образования. М.: ИНТОР, 1996.

  8. Кочетков В.В. Социология межкультурных различий. М.: Социум, 2000.

  9. Кочетков В.В. Психология межкультурных различий. Саратов: Сарат. гос. техн. ун-т, 1998

  10. Лебедева Н.М. Введение в этническую и кросскультурную психологию. М.: Старый сад, 1998.

  11. Лебедева Н.М. Эволюция цивилизации. СПб.: Изд-во Петров и сын 1895.

  12. Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975.

  13. Пиаже Ж. Психология интеллекта // Избр. психологические труды. М.: Международная педагогическая академия, 1994.

  14. Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии: В 2 т. М.: Педагогика, 1989 Т. 1.

  15. Старовойтова Г. В. Некоторые методологические вопросы определения пред­метной области этнопсихологии // Социальная психология и обществен­ная практика. М.: Наука, 1985. С. 127—137.

  16. Сусоколов А.А. Структурные факторы самоорганизации этноса // Расы и народы. М.: Наука, 1990. Вып. 20. С. 5—39.

  17. Сусоколов А.А. Русский этнос в XX в.: этапы кризиса экстенсивной куль­туры (гипотезы этноэкологической модели) // Мир России. 1994. Т. 3. № 2. С. 3-53.

  18. Тоффлер О. Футуршок. М.: Прогресс, 1973.


Лекция 2. История этнопсихологии.

Развитие и становление этнопсихологии как самостоятельной науки
Объективные предпосылки для развития и становления психологии межкультурных различий. Психология народов (Штейнталь Л., Вундт В.). Культурно-историческая концеп­ция развития культуры (Данилевский Н.Я., Выготский Л.С.) Развитие и становление отечественной этнопсихологии (Бех­терев В.М., Кавелин К.Д., Шпет Г.Г.) Современная психоло­гия межкультурных различий: концепции «базовой структуры личности», «модальной личности», «конфигурационной личности» (Боас Ф., Кардинер. А., Бенедикт Р., Мид М.).
Европейские философы о психологии народов

Проблема этнических различий, их влияния на быт и куль­туру народов, на жизнедеятельность людей давно заинтересовала исследователей. Об этом писали еще Гиппократ, Страбон, Платон и др.

Первые исследователи этнических различий связывали их с климатическими условиями разных географических сред. Так, Гиппократ в труде «О воздухах, водах, местностях» писал, что все различия между народами, в том числе по психологии, обус­ловлены местонахождением страны, климатом и другими при­родными факторами.

Следующий этап глубокого интереса к этнической психоло­гии начинается с середины XVIII в. и обусловлен развитием общественных отношений, экономическим прогрессом, углубив­шими политическую и национальную самостоятельность, а так же укрепившими внутринациональные связи. Одновременно бо­лее четкие очертания приобрели национальная специфика обра­за жизни, национальная культура и психология. Вопросы един­ства культуры народа, его духовно-психологической общности – заняли определенное место в науке. Интересное освещение эти вопросы нашли в работах Ш. Монтескье, И. Фихте, И. Канта„ И. Гердера, Г. Гегеля и др.

Ш. Монтескье, пожалуй, наиболее полно выразил общемето­дологический подход того периода к сущности этнических раз­личий по духу (психологии). Он, как и многие другие авторы, придерживался принципов географического детерминизма и счи­тал, что дух народа есть результат воздействия климата, почвы и рельефа местности. Причем такое воздействие может быть не­посредственным и опосредованным. Непосредственное воздействие характерно для первых этапов развития народа. Опосредо­ванное же воздействие происходит тогда, когда в зависимости от климатических условий у народа складываются особые фор­мы социальных отношений, традиции и обычаи, которые наряду с географическими условиями влияют на его жизнь и историю. Таким образом, географическая среда—это первичная основа духовных черт народа и его социально-политических отношений. «Многие вещи управляют людьми: климат, религия, зако­ны, принципы, правления, примеры прошлого, нравы, обычаи; как результат всего этого образуется общий дух народа». (Ш. Монтескье «Избранные проявления»)

Рассматривая историю становления этнической психологии, нельзя обойти вниманием немецкую философию XVIII в. —пер­вой половины XIX в. Прежде всего необходимо вспомнить такие имена, как И. Кант и Г. Гегель.

Большое место в истории этнопсихологических исследований занимает наследие И. Канта. В работе «Антропология с прак­тической точки зрения» Кант определяет такие понятия, как «народ», «нация», «характер народа». По Канту, народ—это объединенное в той или иной местности множество людей, со­ставляющих одно целое. Такое множество (или часть его), ко­торое ввиду общего происхождения признает себя объединен­ным в одно гражданское целое, называется нацией. Каждый народ обладает своим характером, проявляющимся в эмоцио­нальном переживании (аффектации) в отношении и восприя­тии другой культуры. Кант критикует тех, кто не признает раз­личия в характерах народов, и утверждает, что отказ от при­знания характера того или иного народа есть признание только характера своего народа. Основное проявление национального характера, по Канту, – отношение к другим народам, гордость государственной и общественной свободой. Оценочное содержа­ние национального характера определено тем, что Кант боль­шое значение придает взаимоотношению народов в их истори­ческом развитии. Он не рассматривает подробно определяющие факторы национального характера. В несколько разрозненном виде они раскрываются при описании психологических черт раз­личных народов Европы. Признавая влияние на национальный характер географического фактора, он утверждает, что климат и почва, так же как и образ правления, не являются основой понимания характера народа. Такой основой, с точки зрения Канта, служат прирожденные черты предков, т. е. то, что пере­дается по наследству от поколения к поколению. Это подтверж­дается тем, что при изменении места проживания, форм правле­ния характер народа чаще всего не меняется—происходит при­способление к новым условиям, в языке, роде занятий, одежде сохраняются следы происхождения, а следовательно, и национальный характер.

Во второй половине XIX в. наступает новый этап – становление этнической психологии как самостоятельной дисциплины.» Он связан прежде всего с именами X. Штейнталя, М. Лацаруса, В. Вундта, Г. Лебона.

В 1859 г. была издана книга немецких ученых, филолога X. Штейнталя и философа М. Лацаруса, «Мысли о народной психологии». Авторы разделили науки на изучающие природу и изучающие дух. Условием разделения стало то, что в при­роде действуют механические принципы, законы круговращения, а в области духа—другие законы, для духа характерен про­гресс, так как он постоянно производит отличное от себя. Одной из наук, изучающих дух, названа этническая, или на­родная, психология. «Ее задача—исследование специфических образов жизни и форм деятельности духа у разных народов; эти образы и формы составляют духовную природу народов. Следовательно, народная психология должна быть исследова­нием духовной природы человеческого рода, основанием для истории или собственно духовной жизни народа». (Штейналь Х., Лацарус М. «Мысли о народной психологии»)

Народная психология, —уточняют авторы, —это наука о «духе народа», т. е. учение об элементах и законах духовной жизни народов.

Народная психология, по мнению Штейнталя и Лацаруса, состоит из двух частей: абстрактной—отвечающей на вопрос, что такое народный дух, каковы его законы и элементы, и праг­матической—изучающей конкретные народы.

Таким образом, X. Штейнталь и М. Лацарус первыми попы­тались построить систему народной психологии как науки. Одна­ко идеализация народного духа, игнорирование воздействия на него объективных, внешних, социальных факторов сделало на­родный дух внеисторическим образованием субстанционального характера, определяющим весь духовный и исторический про­цесс. Можно сказать, что в трактовке основного понятия этни­ческой психологии как науки они взяли не самое лучшее у своих предшественников—И. Канта, И. Фихте, и Г. Гегеля.

Наиболее разработанной является этнопсихологическая кон­цепция В. Вундта. Именно работы этого немецкого ученого в области психологии народов послужили основой психологиче­ских исследований больших социальных групп. Теория психоло­гии народов Вундта возникла из его идеи о несводимости обще­психологических процессов к индивидуальной психологии и не­обходимости изучения социально-психологических закономерно­стей функционирования социальных общностей и всего обще­ства.

Задачу народной психологии В. Вундт видел в изучении тех психических процессов, которые лежат в основе общего разви­тия человеческих сообществ и возникновения общих духовных продуктов всеобщей ценности. Под народным духом, который составляет предметную область новой науки, он понимал выс­шие психические процессы, возникающие при совместной жизни многих индивидов. То есть народная душа есть связь психоло­гических явлений, совокупное содержание душевных пережива­ний, общие представления, чувствования и стремления. Народ­ная душа (этническая психология), по Вундту, не имеет неиз­менной субстанции (как у X. Штейнталя и М. Лацаруса). Тем самым Вундт закладывает идею развития и не приемлет сведе­ние социально-психологических процессов к некоторому бытию (субстанции), стоящему за ними. Психические процессы, по мнению Вундта, обусловливаются активностью души, что он на­зывает апперцепцией или коллективной творческой деятель­ностью.

В целом В. Вундт внес существенный вклад в становление этнопсихологии, более конкретно определил предмет этой нау­ки, провел разграничение между психологией народной (соци­альной) и индивидуальной.

Среди авторов, примыкающих к направлению народной пси­хологии, нельзя не назвать французского ученого Г. Лебона. Происхождение его системы, представляющей собой несколько вульгаризированное отражение идей предыдущих авторов, свя­зано, скорее всего, с двумя факторами конца XIX в. —начала XX в.: развитием массового рабочего движения и колониальными устремлениями европейской буржуазии. Целью этнопсихологиче­ских исследований Лебон считал описание душевного строя исторических рас и определение зависимости от него истории народа, его цивилизации. Он утверждал, что история каждого народа зависит от его душевного строя, преобразование души ведет к преобразованию учреждений, верований, искусства.

Итак, как видно из всего вышесказанного, проблема своеобразия духовного облика народов занимала умы многих европейских мыслителей и ученых. Особо содержательным является подход к этой проблеме школы «психологии народов». Пожалуй, можно сказать, что с деятельностью представителей этого направления и связано становление этнической психологии как науки.

Современная западная этнопсихология

Развитие западной этнической психологии в XX в. обусло­вили два важнейших фактора: стремление свести все проблемы, касающиеся различных структурных уровней этнических общностей, прежде всего к индивидуально-личностному аспекту и проявление при этом философско-методологических пристрастий; того или иного исследователя. Основной тенденцией стало совмещение психологии, ориентированной на «микропроблемы», т. е. ограниченные во времени и пространстве и связанные с не­историчными и внекультурными явлениями, и антропологии с ее «макропроблемами» исторического и эволюционного характера. К числу общих проблем, изучаемых этнопсихологами. относятся: особенности формирования национального характера; соотноше­ние нормы и патологии в различных культурах; значение ран­них опытов детства для формирования человеческой личности.

В работах таких известных американских этнологов, как Р. Бенедикт и М. Мид, аспекты этнического рассматриваются со значительным уклоном в психоанализ и экспериментальную психологию. Методологическая концепция этих работ во многом заимствована из исследований австрийского психиатра 3. Фрейда, а методика – из немецкой экспериментальной психологии, в частности из работ В. Вундта. Это обусловлено в первую оче­редь тем, что антропологические полевые методы изучения инди­видуального поведения были признаны непригодными при дета­лизированном изучении индивидов в конкретном культурном контексте. Таким образом, этнологам понадобилась психологи­ческая теория, ориентированная на исследование антропологических особенностей происхождения, развития и жизнедеятель­ности личности и базирующаяся на психологических методах ее изучения. Такой теорией и методом в то время стал психо­анализ, который использовался этнопсихологами наряду с мето­диками, заимствованными из психиатрии и клинической психо­логии. Выделяется целый блок методов, используемых в иссле­дованиях этого направления: глубинное интервьюирование, про­ективные методики и средства, анализ снов, подробная запись автобиографий, интенсивное длительное наблюдение межлич­ностных отношений в семьях, представляющих различные этни­ческие группы.

Другое направление западной этнопсихологии связано с изу­чением личности в различных культурах. Целый ряд сравнительных исследований этнических групп с применением разнообразных психологических тестов (Роршаха, Блеки и др.) поз­волил исследователям сделать вывод о существовании некоей «модальной личности», отражающей национальный характер.

«Модальной личностью» оказывался личностный тип, к кото­рому относится наибольшее число взрослых членов данного об­щества. В этом случае национальный характер определялся с учетом частоты распространения определенных типов лич­ности в данном этносе. Существование «модальной личности» обосновывалось результатами вариационной статистики, т. е. «модальная личность»—это не конкретный, а некоторый «сред­ний», обобщенный этнофор. При этом допускалось, что в попу­ляции может быть представлен ряд типов (с переходными фор­мами между ними), причем ни один из них не может оказаться абсолютно преобладающим. Концепция модальной личности ис­пользовалась для характеристики не только национальных, но и религиозных, профессиональных и других групп населения. Но в связи с вопросом, на сколько полно отражается психоло­гический тип данной общности в характеристиках «модальной личности» из-за значительной внутригрупповой вариабельности, распространение получила концепция мультимодальной нации: каждая нация представлена не одной модальной личностью, а несколькими, что позволяет выделять «характеристики нации» как коллектива.

С точки зрения американского этнопсихолога Дж. Хонимана, главной задачей современной этнопсихологии является исследо­вание того, как индивид действует, мыслит, чувствует в условиях конкретного социального окружения. Им выделяются два типа явлений, связанных с культурой: социально стандартизо­ванное поведение (действия, мышление, чувства) некоторой группы и материальные продукты поведения такой общности. Хониман вводит понятие «модель поведения», которое опреде­ляет как закрепленный индивидом способ активного мышления или чувствования (восприятия). «Модель» может быть универ­сальной, реальной или идеальной. В качестве идеальной модели рассматриваются желаемые стереотипы поведения, не получив­шие, однако, реализации в конкретной жизни. Посредством ана­лиза этнокультурных моделей поведения личности и социально стандартизованных образцов поведения им формулируется сле­дующий основной вопрос этнопсихологии: как осуществляется вхождение личности в культуру? Хониман выделяет ряд опреде­ляющих этот процесс факторов: врожденное поведение; группы, членом которых является индивид; ролевое поведение; разного рода служебные обстоятельства; географическое окружение и т. п. В дальнейших своих исследованиях Хониман еще более детализирует поведение человека, особо выделяя эмоциональ­ную сферу. Для этой цели он использует понятие «этнос», под­разумевая под ним эмоциональное состояние социально модели­руемого поведения, которое отражает и потребностно-мотивационную сферу личности. Эмоции, по мнению Хонимана, отра­жают судьбу человеческих мотивов и являются результатом воспринимаемой ситуации. Он считал, что поведение личности в этнокультурной среде—это во многом продукт научения. Во всех этнических общностях люди одинакового возраста, пола, статуса показывают относительно однообразное поведение в сходных ситуациях.

Дальнейшее развитие этого направления связано с работами Ф. Хсю, который предложил переименовать направление «куль­тура и личность» в «психологическую антропологию», поскольку это название в большей степени, по его мнению, отражает со­держание этнопсихологических исследований.

Американский этнопсихолог М. Спиро формулирует основ­ную проблему современных этнопсихологических исследований как изучение психологических условий, повышающих стабиль­ность социальных и культурных этносистем. При этом он пред­лагает сделать акцент на изучении роли личности как в из­менении, так и в сохранении целых культур и этнических общностей. Поэтому первостепенной задачей психологической антро­пологии становится описание индивидуального поведения как микрофеномена.

Существует и противоположная позиция. Ее за­нимает американский культуролог А. Уоллес, продолжающий традицию сведения всего этнокультурного разнообразия к осо­бенностям личности. Именно эти два типа ориентации – на со­циальную и индивидуально-психологическую теории и их вза­имовлияние определяют в настоящее время направления обще­теоретического развития психологической антропологии.

Таким образом, важнейшие направления современных за­падных этнопсихологических исследований связаны с модифика­цией теоретических ориентации или типов психологических тео­рий, базирующихся на метатеоретических основах различных философских систем (экзистенциализм, неопозитивизм, необи­хевиоризм и т. д.). Их влияние проявляется в различном пони­мании человека, личности, культуры, в отношении к бессозна­тельному, в объяснении механизмов активности личности. В на­стоящее время проблематика исследований западных этнопсихологов в значительной степени опосредуется спецификой та­ких наук, как социальная география и ландшафтоведение, био­логия и физиология, социология и политология, этнология и этология. В последние десятилетия наблюдается проникновение в этнопсихологию методологических принципов и методов иссле­дования этих наук.


Становление этнопсихологии в России

В России этнопсихологические исследования первоначально были делом литераторов, этнографов и языковедов.

Объектом познава­тельного интереса этническое самосознание русского народа стало выступать в эпоху русского Просвещения. Воспитание на­циональной гордости соотечественников было лейтмотивом тру­дов М. В. Ломоносова, который положил начало традиции, под­хваченной и развитой просветителями второй половины XVIII в. Стремление к формированию общественного мнения, к воспита­нию национального достоинства, к противодействию «офранцузивания» русской знати можно увидеть в публикациях И. И. Новикова, Д. И. Фонвизина, Н. М. Карамзина, А. Н. Ра­дищева.

Преемниками идей просветителей в начале Х1Хв. стали де­кабристы. В программах преобразования Российского государ­ства, особенно после Отечественной войны 1812 года, они учи­тывали значение этнопсихологического фактора воздействия на русское общество.

Продолжателем гуманистических традиций русского Про­свещения был П. Я. Чаадаев, без учета творчества которого не­возможно всесторонне оценить особенности развития русского рационального самосознания в первой половине XIX в. С его именем связано начало двух важнейших общественно-политиче­ских течений, в рамках которых обсуждался вопрос о самобыт­ности русского народа. В «Философических письмах» П. Я. Чаа­даева впервые не отвлеченно, а предметно поднята проблема значения русской народности, ее особенностей. Во взглядах Чаадаева скептицизм и неприятие исторического прошлого рус­ского народа сочетались с верой в его особое предначертание, мессианскую роль России в будущем Европы.

Идея мессианской роли России легла в основу теоретиче­ских построений славянофилов как представителей особого на­правления русской общественной мысли. Наибольшую актив­ность это движение приобрело в 30—50-е годы XIX в. Созда­тели общества «Любомудров» Д. В. Веневитинов, А. С. Хомя­ков, И. В. Киреевский считали самой насущной проблемой России становление национального самосознания русских, что возможно через достижение национальной самобытности, созда­ние своей литературы и искусства.

Славянофилы второго поколения—К. С. Аксаков, И. С. Ак­саков, Ю. Ф. Самарин, Ф. И. Тютчев, А. А. Григорьев и др. – в художественных и публицистических работах также стреми­лись обратить внимание зарождающейся русской интеллигенции и вообще читающей публики на проблемы национального самосознания русских как этноса, имеющего уникальную исто­рию и географию расселения. Славянофилы второго поколения в отличие от своих предшественников говорили не о народных основах национального возрождения, а конкретизировали, что в послепетровской Руси только крестьянство и частично купече­ство выступают хранителями извечных самобытных черт и тра­диций, по выражению И. С. Аксакова— «самостоятельности рус­ского воззрения».

Другое направление русской общественной мысли запад­ничество связано с ориентацией на вхождение России как ев­ропейского государства в мировое сообщество цивилизованных государств Запада. Идеологами этого направления выступали А. И. Герцен, Н. П. Огарев, В. Г. Белинский. В. П. Боткин, Н. А. Добролюбов. Западники в отличие от сла­вянофилов не склонны были идеализировать ни историческое прошлое, ни нравственные качества русского народа. Но при этом они противостояли нивелированию национального, особен­но в верхних социальных слоях русского общества, утрате частью дворянства чувства национального достоинства.

Велико значение и русской этнографии в становлении этни­ческой психологии. Экспедиции, снаряжавшиеся Академией наук, начиная с XVIII в., привозили с севера России и из Си­бири разнообразный материал. Для разработки материалов экс­педиций и дальнейшего изучения страны в 1846 г. было учреж­дено Русское Географическое общество. Его создание было свя­зано с выполнением не только, и даже не столько научных, сколько социальных заданий. В программу общества входило всестороннее изучение России – ее географии, природных бо­гатств и народов. Одной из главных задач было изучение рус­ского крестьянства для решения вопроса о крепостном праве. Государственные интересы требовали и сведений о народах Си­бири, Средней Азии, Кавказа. Это наложило отпечаток на дея­тельность общества и его этнографического отделения, в кото­ром организуются этнопсихологические исследования.

В связи с программой комплексного этнографического ис­следования Н. И. Надеждиным в 1846 году была составлена «Инструкция этнографическая», которая предлагала описывать:

быт ве­щественный,

быт житейский,

быт нравственный,

язык.


Нравственный быт включал в себя все явления духовной куль­туры и среди них «народную характеристику», т. е. психический склад; сюда же входило описание умственных и нравственных способностей, семейных отношений и особенностей воспитания детей.

Таким образом, в этнографическом отделении Русского Гео­графического общества в конце 1840-х годов было положено начало новой отрасли психологии – народной психологии.

Исторически этническая, или народная, психология развива­лась в России в двух направлениях. Одно представляло собой сбор этнографического материала, а психологические проблемы оказывались включенными в общие описания жизни разных народов. Другое направление было связано с языкознанием; здесь язык выступал как основа единства психического склада того или иного народа. Поддержку и развитие получила идея, что основой народной психологии является язык, и он обусловли­вает существование этнических общностей. Эта идея повлияла на формирование психологического направления в языкознании, восходящего еще к работам немецкого ученого В. Гумбольдта. И главной чертой народной психологии стала ее связь с языко­знанием.

Также, в составе национальной психики помимо интеллектуальных, языкознательных выделялись и волевые элементы: «задерживающая воля» и «действующая воля». Они образуют уклад воли, который проявляется в национальном характере. В национальных характерах различались два типа – пассив­ный и активный. Каждый из них, по классификации, вклю­чает в себя два уклада.

Пассивный тип: а) задерживающая и действующая воли не отличаются силой и осложняются психо­логическим элементом волевой лени (пример—русский воле­вой уклад);

б) обе воли—задерживающая и действующая— одинаково сильны и характеризуются отпечатком психологиче­ской дисциплины (пример—немецкий волевой уклад).

Актив­ный тип: а) обе волн сильны, но действующая воля осложня­ется психологическим элементом спорта (пример—английский волевой уклад);

б) сильная и импульсивная действующая воля при относительно слабой задерживающей воле, особый психоло­гический элемент—героизм (пример—французский волевой уклад).

Овсянико-Куликовский – основоположник этой теории, считал, что нельзя отрицать влияния культурного развития и исторических условий на уклад воли, но если этот уклад сложился, он становится при­надлежностью национальной психологии, приобретает у каж­дого народа особую психологическую постановку. Разнообразие национального характера проявляется в общественной жизни, в политической и социальной борьбе, в истории каждого народа. Следовательно, общественное развитие оказывается, согласно данному взгляду, подчиненным национальному характеру.

еория национальной психологии, которую развивал Овся­нико-Куликовский, служила целям психологизации социально-исторической проблемы наций и национальностей, из нее дела­лись практические выводы для национальной политики. Автор считал, что основной вопрос национальной политики сводится к вопросу о языке. Трактуя язык как инструмент этнической идентификации, он видел в нем фактор национального самооп­ределения личности. Вслед за психологизацией социальных яв­лений Овсянико-Куликовский сделал и другой шаг биологизировал их, введя понятие патологии национальности, «болез­ней» национальной психики, таких, как национализм, шовинизм. Согласно его взглядам, гипертрофия социальных межнациональ­ных признаков в некоторых случаях вызывает атрофию нацио­нальных черт, явление «денационализации», но ее следствием может быть и повышение национального чувства, ведущее к на­циональному тщеславию и шовинизму.

В предреволюционные годы в Московском университете был введен курс этнической психологии, читал его философ Г. Г. Шпет. В 1917 г. опубликована его статья об этнической психологии в журнале «Психологическое обозрение», а в 1927 г. – книга о предмете и задачах этой науки под назва­нием «Введение в этническую психологию». Эта книга была написана еще в 1916г., позже были добавлены лишь коммента­рии к вышедшей за это время иностранной литературе. Хотя книга Шпета была издана в советское время, она относится к науке дореволюционной России. Г. Г, Шпет опубликовал только первую часть—»Введение, предмет и метод этнической психологии». Однако по своему содержанию она представляет собой обобщенное и критическое изложение состояния этниче­ской психологии и утверждение положения о развитии этниче­ской психологии как раздела социальной психологии.

«Дух народа», по мнению Г. Г. Шпета, символизирует смысл и идею «народа», которые раскрываются в типологических изображениях его состава и изменений во времени. Например, «дух. аристократии», «дух данного времени», «дух рыцарства», «дух мещанства»—все это частные ингредиенты целого, не теряю­щего сути в конкретности. «Дух» в этом смысле есть собрание, «связка» характерных черт «поведения» народа. В совокупности с постоянством «диспозиций» он представляет собой народный характер. Этот субъективный характер узнается в его объекти­визации как совокупность реакций народа на обстоятельства, в которых он сам участвует, на объективно данные ему отноше­ния и идеальные образования. Типическое и общее отношение к объективному существует как переживание коллектива, вкла­дываемое в определенный репрезентант народа—сословия, касты, группы. Отсюда выделение этнической психологии из со­циальной и определение для каждой из них собственного объекта.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11


База данных защищена авторским правом ©refedu.ru 2016
обратиться к администрации

    Главная страница